Протоиерей РПЦЗ(В) Вениамин Жуков. Книга «Русская Православная Церковь на родине и за рубежом»: главы 1 – 4. Статьи / История РПЦЗ Послано Admin 15 Дек, 2005 г. - 14:13 Начало. "ОБЗОР СОВРЕМЕННОЙ ИСТОРИИ". 1. Дух Церкви, Дух Истины. 2. Об отношении Церкви к государственной власти. 3. Слово о политике. 4. Разрушительный процесс в Русской Церкви. Обновленчество. Сей труд посвящается Блаженнейшему Митрополиту Виталию, Первоиерарху Русской Православной Церкви Заграницей 1. ДУХ ЦЕРКВИ, ДУХ ИСТИНЫ Человек, сотворенный по образу Божьему и по подобию Его, был наделен Творцом свободной волею для непосредственного и сознательного общения с Ним. Общение воедино Святой Троицы основано на Любви. Любовь же основана на свободном и соучастном изволении: «Волею бо благоволил еси плотию взыти на крест, славословим мы Господа». Причем Христос исповедует: «Яко не ищу воли моея, но воли пославшаго мя отца» (Иоан. V, 30). В корне любви человека к Богу и к людям лежит его свободная воля в сочетании с волей Творца. В основе греха лежит своеволие, охлаждение любви к Нему. Согрешив своеволием, человек лишил себя блаженного общения с Богом и тем самым нарушил свою цельность и красоту. Как писал Св. Василий Великий, человеческое естество стало «расторгнуто и на тысячу частей рассечено» вследствие греха. Сын Божий вочеловечился для того, чтобы собрать во едино человека, «рассеченного на тысячу частей». Искуплением греха человеческого, крестной смертью Он дал человеку возможность восстановить в себе образ Божий, предоставив ему Свой Путь, Истину и Жизнь. Христос перестрадал грехи всего человечества, но спасительны Его страдания только для тех, кто проявляет волю раскрыть свою душу для принятия Его возрождающей любви. Восстановление в человеке образа Божьего осуществляется различным образом, так как каждый человек наделен различными духовными и телесными силами. Об этом образно сказано Господом в притче о талантах. Из притчи следует, что восстановление это происходит в условиях свободной воли, но отказ от него или нерадение к нему вовлекает в погибель. Во всякое время препятствием на пути обожения человека стояли его гордость и невежество, наводящие на своеволие и противление Воле Божией. И ныне человек в современной жизни является причиной собственного нестроения и нестроения целого общества. В Церкви это выражается разделениями и расколами. Причем, так же как и в притче о талантах, своевольные члены Церкви находят себе оправдания, не признавая за собой никакой вины, подобно тому, как Адам оправдывал себя перед Творцом своим: «Жена, которую Ты мне дал, она дала мне, и я ел» (Быт. III, 11-12). Церковь есть особое благодатное тело – Тело Христово, в котором Христос есть Глава, а верные Ему люди – члены. Церковь есть Божие жилище (Евр. III, 6), а действующая в Ней сила есть Дух Божий, Дух Истины. Св. Киприан воодушевлено говорил о единстве Церкви: «Церковь одна, хотя с приращением плодородия, расширяясь, дробится на множество. Ведь и у солнца много лучей, но свет один; много ветвей на дереве, но ствол один, крепко держащийся на корне. Отдели солнечный луч от его начала – единство не допустит существовать отдельному свету; отломи ветвь от дерева – отломленная потеряет способность расти» (1). (1/ Св. Киприан. О единстве Церкви. С. 180.) Всех же соединяет Любовь. Она, как учит Св. Иоанн Златоуст, «воссоединяет, соединяет, сближает и сопрягает нас между собой. Итак, если хотим получить Духа от Главы, будем в союзе друг со другом. Есть два рода отделения от Церкви: один, когда мы охладеваем в любви, а другой, когда осмеливаемся совершить что-нибудь недостойное в отношении к сему телу», т.е. Церкви (На Еф. Бес. XI, 4). «Истинный христианин, – по слову Епископа Феофана, – дело всякого считает своим делом и готов ради него на все усилия и жертвы. Он то же, что член в теле. Ни один член в теле не живет для себя, а весь для других. Так себя имеет и христианин, под главою Христом, сочетанный со всеми во единое тело». В наше время изобилия материальных услуг людям все сложнее и сложнее отобрать из окружающего мира «едино на потребу». Многие, стремящиеся к духовной жизни в этих условиях, теряют из виду, что Путь остается все тем же узким и тернистым, как и прежде, как описано в Св. Писании. Желающий быть христианином без особого усилия над собой, без подвига стяжания Святого Духа удовлетворяется внешним образом религиозной жизни, лишая себя духовного рассуждения, необходимого для распознавания «духа времени». Духовное рассуждение достигается сегодня, как и в прежние времена, христианским образом жизни, в основе которого лежат заповеди Господни, выраженные в Нагорной проповеди. По мере исполнения этих заповедей каждому дается возможность восхождения по духовной лестнице, из них состоящей, к Истине. Из общего стремления в этом восхождении образуется единодушие в церковной жизни. О цельности Церкви ярко сказал Новомученик Епископ Глуховской Дамаскин: «Одно из двух. Или, действительно, Церковь есть непорочная и чистая невеста Христова, Царство Истины, и тогда Истина – это воздух, без которого мы не можем дышать; или же Она, как и весь лежащий во зле мир, живет во лжи и ложью, и тогда всё ложь, ложь каждое слово, каждая молитва, каждое таинство» (2). (2/ Из «Киевского послания», составленного св. Новомучеником Епископом Дамаскиным (Глуховским) в сентябре 1927 года и распространявшегося в списках. Здесь и далее цит. по: Митрополит Анастасий. Послание к русским православным людям по поводу «Обращения Патриарха Алексия к архипастырям и клиру т. наз. карловацкой ориентации».) 2. ОБ ОТНОШЕНИИ ЦЕРКВИ К ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ Наше историческое время стало временем усиленной борьбы богоборцев с христианством, а Россия – своего рода лабораторией по изучению способов его уничтожения. Перед истинным христианином в этих условиях встал вопрос о том, как ему относиться к государственной власти, особенно тогда, когда она ставит своей целью уничтожение Церкви. В XX веке в России богоборцы попытались склонить верующих к признанию своей власти, как данной от Бога. Делали они это при помощи лояльных церковных приспешников, а для обоснования своих измышлений использовали известные слова Апостола Павла из Послания к Римлянам: «несть власть аще не от Бога» (Рим. XIII, 1-5). Лжетолкование слов Апостола Павла имело определенный успех: многие оправдывали ими свое беспрекословное повиновение безбожникам. Однако нерассудительное отношение к вопросу о богоугодности той или иной гражданской власти ведет к отказу от выбора между добром и злом. Мы же, христиане, купленные дорогой ценой, по словам Апостола Павла, не должны отказываться от такого выбора. Если мы будем соблюдать все догматы православной веры, но одновременно служить безбожникам, то мы согрешим против основного христианского закона: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и маммоне» (Матф. VI, 26). Ложное толкование слов Апостола Павла, которым воспользовалась безбожная власть для нанесения Церкви разрушительного удара, послужило главной причиной разделения в Русской Церкви. Непризнание Божьего благословения на этой власти и восприятие её исключительно как Божьего попущения сохранило бы исповеднический характер Церкви и послужило бы Её внутреннему укреплению. Московская же патриархия, согласившись во всем с гонителями Церкви, лишила себя духа исповедничества и стала солью обуявшей. Русская Православная Церковь Заграницей никогда не признавала советскую власть как установленную Богом, а Московскую патриархию – как подлинную Русскую Церковь-исповедницу. В этом Она была единомышленна с теми верующими в России, которые, отложившись от Московской церкви, ушли в катакомбы в готовности принять мученичество. За границей произошли схожие события: в Париже в 1927 году, вследствие действий советской агентуры, произошел фактически такого же рода «политический» раскол, когда группа раскольников признала Советский Союз и лояльного ему церковного возглавителя Митрополита Сергия. Для правильного понимания отношения Церкви к государству, необходимо привести весь текст из Послания Апостола Павла к Римлянам (XIII, 1-5): «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога, существующие же власти от Бога установлены. Посему, противящийся власти противится Божию установлению; а противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от неё; Ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же желаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отомститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести». Св. Иоанн Златоуст в Толковании на Послание Апостола Павла к Римлянам (гл. 22) говорит, что в данном месте у Апостола речь идет не о власти каждого начальствующего, а о самом принципе власти: «Ибо нет власти не от Бога, говорит апостол. Как это? Неужели всякий начальник поставлен от Бога? Не то говорю я, отвечает апостол. У меня теперь идёт речь не о каждом начальнике в отдельности, но о самой власти. Существование властей, при чём одни начальствуют, а другие подчиняются, и то обстоятельство, что всё происходит не случайно и произвольно, так чтобы народы носились туда и сюда, подобно волнам, – всё это я называю делом Божьей премудрости. Потому апостол и не сказал, что нет начальника, который не был бы поставлен от Бога, но рассуждает вообще о существе власти...» В том же смысле толкует слова Апостола Павла о власти Св. Исидор Пелусиот в своем письме к Дионисию: «Поелику писал ты: что сие значит: “несть власть аще не от Бога”? и спрашивал: ужели каждый начальник поставляется Богом? – то скажу на сие: мне кажется, что ты или не читал Павловых изречений, или же не понял их. Павел не сказал: несть начальник аще не от Бога, но рассудил о самом начальствовании, говоря: несть власть аще не от Бога. То самое, что у людей есть начальства, один начальствует, другие живут под начальством – не просто и не случайно происходит сие, так чтобы народы, подобно волнам, увлекались туда и сюда, но, по словам Павла, это есть дело Божией премудрости... Ибо безначалие везде всего ужаснее, и бывает причиною замешательства и безурядицы. Посему и в теле, хотя оно есть нечто единое, не все равночестно, но одни члены начальствуют, а другие подчинены. Потому в праве мы сказать, что самое дело, разумею власть, т.е. начальство и власть царская, установлены Богом, чтобы общество не пришло в неустройство. Но если какой злодей беззаконно восхитил сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему, или изблевать все свое лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна и жестокость, как царь вавилонский уцеломудрил Иудеев» (3). (3/ Св. Исидор Пелусиот. Творения. Москва, 1860 г., часть 2.) Так же объясняет и Преподобный Иосиф Волоцкий (XVI в.): «Аще ли же есть царь над человеки царствуя, над собой же имать царствующа скверныя страсти и грехи, сребролюбие же и гнев, лукавство и неправду, гордость и ярость, злейши же всех неверие и хулу, таковой царь не Божий слуга, но диавол, и не царь но мучитель. Таковаго царя ... да не послушаеши ..., аще мучить аще смертию предать». (Продолжение на следующих стр. 2, 3) 25 октября 1918 г. Патриарх Тихон писал в своем Послании к Совету Народных Комиссаров по случаю годовщины советской власти: «Не наше дело судить о земной власти; всякая власть от Бога допущенная, привлекла бы на себя наше благословение, если бы она воистину явилась “Божиим слугой” на благо подчиненных и была “страшная не для добрых дел, а для злых”». В том же смысле написано «Письмо епископа отошедшего (от Митрополита Сергия) к епископу неотошедшему»: «Апостол Петр в учении о повиновении власти делает существенное дополнение и говорит: «Повинитеся всякому человечу созданию Господа ради» (I Петр, II, 13), а так как последнею целью повиновения земной власти является Богоугождение (Господа ради), очевидно, и требования властей и их законов не должны противоречить христианской вере и нравственности. Отсюда, следовательно, и повиноваться власти нужно в том, что, по мысли Иоанна Златоуста, ни мало не вредит благочестию – не есть уже только дань Кесарю, но и дань, и оброк диаволу» (4). (4/ «Письмо епископа отошедшего к епископу неотошедшему», 31 декабря 1927 г. // «Церковная жизнь», 1933 г., №7.) В этом «Епископ отошедший» видит «ключ к уразумению важных вопросов современной жизни»: «Государство диктатуры пролетариата с христианской точки зрения – чистейшая апостасия во всех областях материальной и духовной жизни. Безбожие при апостасии является основным принципом и всякую религию, не исключая христианской, считает вредным дурманом, подлежащим безоговорочному истреблению и выкорчевыванию с таким расчетом, чтобы уничтожить в психике человеческой даже самый инстинкт религиозности, если сверх чаяния он там окажется. На историческую сцену выступила религия человекобожия, развитие которой неизбежно приведет по мысли Ап. Павла к ужасающим перспективам международной жизни (1 Тим. IV, 1-2; 2 Тим. III, 1-5) и появлению лжемессии, человекобога-зверя (2 Сол. II, 4; Апокал. XIII). До очевидности ясно, что сказать о Советской Власти, что она – “Божий слуга есть, тебе во благое” ни в каком случае нельзя, так как христианство и ленинский марксизм не сходятся в определении добра и зла». Следовательно, от Бога та власть, которая, если и совершит некую несправедливость, все же придерживается исполнения назначений власти, изложенных в вышеупомянутых стихах XIII-ой главы Послания Апостола Павла к Римлянам. А начальник, который действует вопреки этим назначениям, не есть слуга Божий и не имеет ни единого свойства, соответствующего определению истинной власти, которой одной только и обязаны повиноваться христиане не за страх, а за совесть. В истории Церкви было немало случаев, когда христиане отказывались от повиновения властям «за совесть». Брат Св. Григория Богослова, Кесарий, известный в те времена врач, состоял при императоре Юлиане в должности лейб-медика. Будучи христианином, он остался при дворе, считая, что в случае нужды сможет помочь своим родным и друзьям благодаря своему положению. Но святители нашли подобное недопустимым, особенно ввиду антихристианской политики властей. Тогда Св. Кесарий, отказавшись от блестящего положения, покинул двор. Другое предание говорит, что, умирая, Юлиан Отступник воскликнул: «Ты победил, Галилеянин»! Св. Василий Великий сильными словами выразил свою радость, узнав о смерти гонителя: «Прибегайте разделить со мною радость сего праздничного дня все, кто своими слезами, постом и молитвами неотступно молил Бога, а я слова пророка обращаю против гонителя Бога, только что погибшаго смертию, заслуженной его безбожием...» Юлиан Отступник был убит. О смерти его молились христианские подвижники, о чем упоминается в житии Преп. Иулиана (18 октября) и в житии Св. Василия Великого (1 января). Митрополит Московский Филипп 21 марта 1568 года отказался благословить и вообще разговаривать с царем Иоанном IV Васильевичем: «Мы, Государь, Богу приносим бескровную жертву, а за алтарем льется неповинная кровь христианская...» За эти слова Митрополит Филипп поплатился своей жизнью. В царствование Екатерины II высочайшим манифестом от 26 февраля 1764 г. за Коллегией экономии было закреплено управление всем без исключения имуществом церквей, монастырей и архиереев. 252 монастыря было закрыто, 161-ому предоставлено существовать лишь на милостыню. Подобное вмешательство светской власти в церковные дела вызвало горячий протест со стороны Митрополита Арсения, который несмотря на тяжкие испытания до конца своей жизни обличал императрицу. Скончался он в 1772 г. в Ревельском равелине, замурованный в темницу. В магометанской Турции православные не молились за Богослужениями о власть имущих, чему были свидетелями паломники ко Гробу Господню в Иерусалиме, и о чём упоминает проф. Скабаланович в своем Толковом Типиконе: «С наступлением турецкаго владычества у греков из сугубой ектении, как и из великой, стало исключаться прошение за царей и заменяться: «Еще молимся о благочестивых православных христианах» (5). В Австро-Венгрии православные сербы и румыны не молились о своем императоре Франце-Иосифе, не православном. Точно так же не поминались имена короля Георга, лютеранина, в православной Греции и царя Фердинанда, католика, в православной Болгарии. Вместо них поминались их православные престолонаследники. Такое отношение к власти иногда приводило к конфликту с ней. Так, болгарский Синод был разогнан в 1888 г. Фердинандом Кобургским, и синодальные члены с жандармами были высланы из столицы за то, что отказались в церквах возносить молитву за князя-католика, оскорбившего многими своими действиями Православную Церковь. После этого правительство в течение шести лет не позволяло собираться Синоду. (5/ Проф. Скабаланович. Толковый Типикон. Вып. 2, с. 152.) 3. СЛОВО О ПОЛИТИКЕ Теоретически, человек может спасаться при любых условиях, будучи и рабом, и свободным, и бедным, и богатым, живя среди верующих или пребывая среди язычников и атеистов, будучи гражданином республики или поданным Царя. Однако в одних условиях спасаться легче, а в других труднее. Поэтому в заботе о спасении своих чад Церковь не остается равнодушной к условиям общественно-политической жизни, в которых они существуют. Это вопрос не догмата, а пастырской предусмотрительности и духовной целесообразности. И несмотря на то, что ни один образ правления не может признаваться абсолютно совершенным, Церковь указывает своим чадам благоприятную для их спасения форму государственного устроения. Часто слышится в наши дни, что «Церковь не должна заниматься политикой». Однако полная аполитичность не является достоинством духовной жизни. Часто она означает неучастие в нуждах ближних, равнодушие к добру, страх перед властями и примирение со злом. Хотя каждому христианину, возможно, и не дано стать Митрополитом Филиппом, но каждый должен отвергать беззаконие и уметь сказать слово правды в защиту семьи, народа и Церкви, оставаясь при этом вне политики. Сама по себе политика касается всех аспектов нашей каждодневной семейной и общественной жизни. От качества политических решений зависит земное благополучие человека: безопасность, здравоохранение, просвещение, индивидуальная и общественная правозащита и т.д. Разве долг христианина не предписывает ему беспокоиться о благоустройстве семьи и общества? Человек, считающий себя христианином и решающий, что все эти аспекты жизни его не касаются, во-первых, отказывается от попечения о ближних, а во-вторых, предоставляет свободу действия врагам всякой добродетели. Как защитник своего народа, а не как политический деятель выступил Патриарх Тихон 19 января 1918 г.: «Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело: это – поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей загробной и страшному проклятию потомства в жизни настоящей – земной. Властию, данной нам от Бога, запрещаем вам приступать к тайнам Христовым, анафематствуем вас, если только вы носите еще имена христианские и хотя по рождению своему принадлежите к Церкви Православной. Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви Христовой, не вступать с таковыми извергами рода человеческого в какое-либо общение». В таком же смысле выступил Святейший Патриарх и по случаю заключения большевиками Брест-Литовского мира: «Заключенный ими мир, по которому отторгаются от нас целые области, населенные православным народом, и отдаются на волю чужого по вере врага, а десятки миллионов православных людей попадают в условия великого духовного соблазна для их веры; мир, по которому даже искони православная Украина отделяется от братской России и стольный град Киев, мать городов, колыбель нашего крещения, хранилище святынь, перестает быть городом державы Российской; мир, отдающий наш народ и русскую землю в тяжкую кабалу, – такой мир не даст народу желанного отдыха и успокоения, Церкви же Православной принесет великий урон и горе, а отечеству неисчислимые потери». Годовщина советской власти так же вызвала смелое обращение Патриарха: «Вы разделили весь народ на враждующие между собой станы и ввергли его в небывалое по жестокости братоубийство. Любовь Христову вы открыто заменили ненавистью, и вместо мира искусственно разожгли классовую вражду. И не предвидится конца порожденной вами войне, так как вы стремитесь руками русских рабочих и крестьян доставить торжество призраку мировой революции. Соблазнив темный и невежественный народ возможностью легкой и безнаказанной наживы, вы отуманили его совесть и заглушили в нем сознание греха». В царское время Митрополита Антония (Храповицкого) часто укоряли за якобы внесение политики в церковную жизнь. 20 февраля 1905 года он выступил в Исаакиевском Соборе с проповедью, сказав при этом следующие слова: «Если поколеблется единственная власть в России, которой народ верит и которая нравственно объединяет и русских граждан между собой и инородческие племена в империи, то не пройдет и 25 лет как Россия распадется на множество пределов, друг другу враждебных, то новая власть, презирающая русский народ, начнет с того, что лишит народ права изучать закон Божий в училищах, кончит тем, что будет разрушать храмы и извергать мощи угодников Божиих из священных рак и собирать в музеи и анатомические театры, то народ наш будет несчастнейшим из народов, придавленный гораздо более тяжким игом, чем крепостное право, и, наконец, наши западные враги – мнимые друзья – подобно жадным коршунам, ждут этого времени...» Это «политическое» выступление Владыки были встречено многими насмешками. Нельзя не признать сейчас, что оно оказалось пророческим. В статье 1922 года «Церковь и политика» Митрополит Антоний указал на одну особенность одноименной темы: «Вопрос этот по отношению ко всякой речи, проповеди и соборному постановлению ставится с 1905 г. каждый раз, когда духовные лица или учреждения высказываются за самодержавие или вообще за монархию, но никогда не ставится, когда они высказываются против того или другого... Вот и теперь то же самое, что и в тогдашней прессе. Заступаться за армию – не политика, призывать её на бой с большевиками – не политика, осуждать социализм – не политика, а пояснять, что монархия является единственной властью, при которой вера и Церковь не будут гонимы – это политика!» Подробно разбирается вопрос о политике и в «Окружном послании Собора Архиереев Русской Православной Церкви Заграницей» в ответ на «Декларацию» Митрополита Сергия (27 августа / 9 сентября 1927 г.): «Иерархи (подписавшие «Декларацию» - прим. прот. В.Ж.) благословляют противохристианскую политику врагов всякой религии. Положение дела совершенно чуждое Церкви, вредное и опасное, способное создать новую тяжкую смуту в Церкви и дать повод опасаться за чистоту Православия в России. Церковь не может благословлять противохристианскую, а тем более – безбожную политику. Утверждая это, мы не хотим сказать того, что Церковь должна быть совершенно чужда политике государства. Церковь должна быть выше политических страстей и партийности, однако она должна не только благословлять христианскую политику государства, но и борьбу с его противохристианскими, а тем более безбожными началами». Утверждение, согласно которому Церковь должна стоять вне политики, не только ничем не оправдано, но и в корне неверно, особенно если не забывать о том, что в последние времена произойдет общее отступничество от истинной веры, связанное с определенным политическим явлением. «Сын погибели» – антихрист – представлен в Св. Писании и в творениях Святых Отцов как политическая фигура, которая вырастет на основе всеобщего развращения, неверия, безбожия и крайнего материализма. «Придет же сей, антихрист, пишет Св. Кирилл Иерусалимский, когда исполнятся времена римского царства, и приблизится конец мира. Вдруг восстанут десять римских царей царствующих, может быть в разных местах, но в одно и то же время, в последних будет антихрист, который, с помощью волшебства и искусства захватит себе Римскую державу, уничтожит трех прежде него царствовавших, имея уже под своей властью семерых» (6). (6/ Св. Кирилл Иерусалимский. 15 Огласит. поуч., гл. 18, с. 206-207.) 4. РАЗРУШИТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС В РУССКОЙ ЦЕРКВИ. ОБНОВЛЕНЧЕСТВО. Под воздействием безбожной власти в России началось массивное отступление от истинного Православия и попрание церковных правил. Это проявилось, прежде всего, в возникновении и укреплении так называемого движения «обновленчества» или «живоцерковничества». Одним из первых деяний этого движения стало признание антихристианской советской власти в качестве законной. Наиболее позорную славу в борьбе против Христовой Церкви стяжали себе в первые послереволюционные годы главные организаторы «обновленчества» – Еп. Антонин (Грановский), Еп. Леонид (Окропиридзе), Архиеп. Евдоким (Мещерский), священники Введенский, Красницкий, Белков, Боярский и бывший обер-прокурор Св. Синода при Временном Правительстве В. Н. Львов. Обновленцы вышли из кругов русской интеллигенции. Эти лица интересовались идеями христианства, но не входили в настоящую церковную жизнь и поэтому не могли воспринять присущие Ей внутренние законы. В Петрограде и Москве ими образовывались религиозно-философские общества. На заседаниях общества в Петербурге председателем долгое время был Епископ Сергий (Страгородский), в будущем первый патриарх Московской патриархии. Одним из видных участников собраний обществ был будущий вождь обновленцев Епископ Антонин (Грановский). Среди участников религиозно-философских встреч были лица, ставшие впоследствии учителями так называемой парижской школы – будущие преподаватели Сергиевского института в Париже и учинители евлогианского раскола за рубежом. Из религиозно-философских кружков вышло так называемое "прогрессивное" духовенство, возглавившее при большевиках обновленческий раскол в Церкви. Проф. Б. В. Титлинов, один из главных деятелей обновленческого движения, признает, что «в области внутренних церковных задач Живая Церковь поставила своею целью, прежде всего, освобождение церковной жизни от влияния монашеского епископата и передачу руководства церковными делами в руки белого духовенства» (7). (7/ Проф. Б. В. Титлинов. Новая Церковь. Петроград-Москва, 1923, с. 24-25.) «Патриарха Тихона и верных ему чад Церкви теснили с одной стороны обновленцы, а с другой – гражданская власть, которая открыто покровительствовала последним. Положение стало особенно трагическим в мае 1922-го года, когда, в связи с вопросом об изъятия церковных ценностей, Патриарх Тихон, Митрополит Вениамин и много епископов были преданы суду и арестованы. Создалась обстановка, в которой открылась возможность действовать петроградской группе обновленцев» (8). (8/ Епископ Григорий (Граббе). Русская Церковь перед лицом господствующего зла. Джорданвилль, 1991, с. 33.) «Делегация петроградской группы была допущена к арестованному Патриарху. Скрывая от него свои истинные намерения и прикрываясь якобы заботой о Церкви, делегация докладывала ему о наступившей в Церкви анархии. Они сообщали, что патриаршее управление совершенно лишено возможности функционировать и фактически закрыто» (9). (9/ Там же.) В результате Патриарх согласился на предъявленное ему требование о сложении с себя полномочий по управлению Церковью. Им было написано послание старейшему по хиротонии Митрополиту Ярославскому Агафангелу: «Вследствие крайней затруднительности в церковном управлении, возникшей от привлечения меня к гражданскому суду, почитаю полезным для блага Церкви поставить Ваше Высокопреосвященство во главе церковного управления до созыва Собора. На это имеется согласие гражданской власти, а потому благоволите прибыть в Москву» (10). (10/ Акты Святейшего Патриарха Тихона. Москва: Свято-Тихоновский Богословский Институт, 1994, с. 214.) «Группа священников, уполномоченных только содействовать передаче патриарших дел Митрополиту Агафангелу, сама себя в тот же вечер переименовала в Высшее Церковное Управление и самочинно присвоила себе высшую административную власть в Русской Церкви» (11). Вот письмо по этому делу «Инициативной группы прогрессивного духовенства «Живая Церковь» председателю ВЦИК М. И. Калинину: «Настоящим доводится до сведения Вашего, что, ввиду устранения Патриархом Тихоном себя от власти, создается Высшее Церковное Управление, которое с 2 / 15 мая приняло на себя ведение церковных дел в России» (12). (11/ Епископ Григорий (Граббе). Русская Церковь перед лицом господствующего зла. Джорданвилль, 1991, с. 34. 12/ Акты Святейшего Патриарха Тихона. Москва: Свято-Тихоновский Богословский Институт, 1994, с. 216.) Митрополит Агафангел не соглашался сотрудничать с обновленцами, и его присутствие могло серьезно помешать их планам захвата власти. Согласие гражданских властей, о котором говорилось Патриарху, оказалось отмененным. Митрополит не смог выехать из Ярославля в Москву. Обновленцы воспользовались резолюцией Патриарха, чтобы обманом овладеть церковной властью. В попытке оправдать свои самочинные деяния они неоднократно ложно утверждали, что приступили к управлению Церковью по соглашению с Патриархом (13), что состоят членами Высшего Церковного Управления «согласно резолюции Святейшего Патриарха Тихона» (14) и что «приняли из рук самого Патриарха управление Церковью» (15). (13/ Правда, 1922, 21 мая. 14/ Прот. Введенский. Революция и Церковь. 1922, с. 28. 15/ Живая Церковь, 1922, № 4-5, с. 9.) Несколько лет спустя за границей евлогиане применят почти такую же тактику для оправдания раскола, учиненного ими в Зарубежной Церкви. Сквозь притворство прорывалась подлинная природа «церковных» деятелей-обновленцев и лживость их мотивации. Так, например, когда на собрании живоцерковников один священник предложил не проводить никаких реформ иначе как с благословения Патриарха, председатель собрания Епископ Антонин заявил: «Так как Патриарх Тихон передал свою власть Высшему Церковному Управлению без остатка, то нам нет надобности бегать за ним, чтобы брать у него то, чего уже в нем не имеется». Руководители этого апостасийного движения, поставившие себе целью обновить Церковь, допускали грубое нарушение установленных Вселенскими Соборами церковных правил и добивались упразднения соборно установленной и признанной всеми восточными Православными Патриархами власти Патриарха. Вопреки правилам Св. Апостол, Вселенских Соборов и Св. Отцов (Ап. 17, 18; 6 Всел. 3, 12, 48; Св. Василия Вел. 12), они ввели женатый епископат и второбрачие клириков (см. "Постановления" лжесобора от 4 мая 1923 г.). Происходил уклон в сторону протестантского лжеучения, проповедующего о Христе как о человеке. Так, например, в программе реформ «Живой Церкви» (16) читаем: «Восстановление евангельского первохристианского вероучения, с нарочитым развитием учения о человеческой природе Христа Спасителя и борьба со схоластическим извращением Христианства». А один из подразделов программы носил заглавие: «Страшный суд, рай и ад, как понятия нравственные» (17). (16/ Реформа догматическая. Раздел 1, пар. 1 // Живая Церковь, 1922, 1 октября, № 10. 17/ Там же, пар. 8.) Из своего заключения в Донском монастыре Патриарх Тихон, убедившись в том, что он обманут в своем доверии этим людям, издал 6 декабря 1922 г. документ следующего содержания: «Мы по долгу нашего первосвятительского служения призываем всех верных сынов Божиих стать твердо и мужественно за веру Божию и на защиту Святой Церкви древлеправославной – даже до уз, крови и смерти, если того потребуют обстоятельства жизни. Запрещаем признавать Высшее Церковное Управление, как учреждение антихриста, в нем же суть сыны противления Божественной Правде и церковным святым канонам. Сие пишем, да ведомо будет всем вам, что властью данной нам от Бога, анафематствуем Высшее Церковное Управление и всех, имеющих с ним какое-либо общение». Такое неприятие детища безбожной власти заставило последнюю поднять ожесточенную кампанию в прессе, со всевозможными "петициями" духовенства и мирян против Патриарха. Противодействие этой кампании со стороны Русской Православной Церкви Заграницей, обнародовавшей многочисленные обращения к главам государств и Церквей, помогло приостановить судебное дело, затеянное против Патриарха Тихона. Под непосредственным наблюдением советской власти 29 апреля 1923 г. открылся поместный живоцерковный «Собор», главной задачей которого было разрешение вопроса «об отношении советской власти к Патриарху Тихону, о создании нового административного аппарата и т. п.» (см. "Слово" прот. Введенского). Этот лжесобор лишил Патриарха Тихона сана и звания Патриарха. Под решением подписались 45 «епископов», среди которых было немало самозванцев. По поводу этого акта прот. Виноградов пишет следующее: «Один из бывших на этом “соборе” молодых епископов Иоасаф (Шишковский) рассказывал мне лично, как произошел этот акт. Главари собора Красницкий и Введенский собрали для сего совещания всех присутствовавших на “соборе” епископов, и, когда начались было многочисленные прямые и непрямые возражения против предложенной этими главарями резолюции о низложении патриарха, Красницкий совершенно открыто заявил всем присутствующим: “Кто сейчас же не подпишет этой резолюции, не выйдет из этой комнаты никуда, кроме как прямо в тюрьму”. Терроризированные епископы (в том числе и сам Иоасаф) не нашли в себе мужества устоять перед перспективой нового тюремного заключения и каторжных работ концентрационного лагеря и... подписали, хотя почти все они в душе были против этой резолюции. Ни для кого из церковных людей не было сомнения, что этот приговор “собора” был сделан по прямому заданию советской власти, и что теперь нужно со дня на день ожидать судебного процесса и кровавой расправы над Патриархом» (18). (18/ Жизнеописание Блаженнейшего Антония, Митрополита Киевского и Галицкого. 1960, т.VI, с. 114.) Своим сопротивлением антихристовой власти Патриарх Тихон выходил на тот путь, на который он призывал вступить всех верных сынов Божиих – «даже до уз, крови и смерти, если того потребуют обстоятельства жизни». При попустительстве нового Церковного управления советская власть арестовала и заключила в тюрьму Митрополита Агафангела, Архиепископа Могилевского Константина, Епископа Орловского Серафима, а также преемственно управлявших Московской епархией Епископов Николая Звенигородского, Иннокентия Клинского и Никанора Богородского. Был арестован, заключен в тюрьму и впоследствии расстрелян Митрополит Петроградский Вениамин, после того как он лишил священного сана и отлучил от Церкви членов самочинного Церковного Управления – священников Введенского, Красницкого и их ближайшего сотрудника псаломщика Стадника – и обратился к своей пастве с воззванием, предостерегающим её от признания «Живой Церкви». Бывший в Москве свидетелем всех этих событий прот. Виноградов сообщил следующее о «Живой Церкви»: «Надо иметь в виду, что глубоко ошибаются все те, кто полагает, что обновленчество родилось как внутреннее церковное оппозиционное против Патриарха Тихона движение, которое для своего обнаружения и развития лишь воспользовалось арестом Патриарха и полной поддержкой ГПУ. Еще более ошибаются те, кто ставят это движение в генетическую связь с церковно-общественным движением к оживлению церковной жизни в первом десятилетии текущего столетия (откуда обновленчество в действительности заимствовало лишь когда-то притягательные лозунги: “обновление”, “живая церковь”). Совсем нет. Все это обновленческое движение было всецело делом рук Тучкова (19), для которого лидеры обновленчества явились одновременно и добровольными, и подневольными советниками и орудиями внутрицерковного террора» (20). (19/ С именем Евгения Александровича Тучкова связана одна из самых трагических страниц истории Русской Православной Церкви. В 1919 г. он жестоко подавляет восстание в Уфе, и этим привлекает к себе внимание органов. Вскоре он становится рьяным исполнителем антирелигиозной политики Ленина и Троцкого. В начале 20-х годов Троцкий предлагает использовать самих священнослужителей в качестве проводников политики партии в Церкви. Он говорит: "Пускай эти попы, готовые с нами сотрудничать, придут к руководству в Церкви и будут выполнять все наши указания, будут призывать верующих служить советской власти". Тучкову поручается создание пятой колонны внутри Церкви: обновленчества или Живой Церкви. Петербургский расстрига Михаил Галкин указывает на священников, которые выступали против епископата еще на Соборе 1917/18 гг. и могли бы стать "вождями". Тучков начинает работать с Введенским, Красницким и другими "перспективными" священниками. 10 мая 1922 г. он становится главой 6-го секретного отдела ГПУ и в первую очередь принимается за дело Патриарха Тихона. Он «опекает» Патриарха до последних дней, вызывая старца по несколько раз в неделю на допрос на Лубянку. Патриарх называл его «некто в сером»: «вот придет некто в сером и будет меня мучить». 20/ Жизнеописание Блаженнейшего Антония, Митрополита Киевского и Галицкого. 1960, т.VI, с. 87.) Постепенно выявлялась из самих недр этого движения его подлинная сущность. Прот. Красницкий в своем вступительном слове перед открытием Собора живоцерковников указал на его главную цель: «Основная сущность современной Церкви – в её искреннем признании социальной революции при сохранении строгой церковности». «Все мы должны стать друзьями Советской власти», – заявил Еп. Антонин на том же Соборе. Грамота живоцерковного Высшего Церковного Управления, оглашенная при открытии собора, гласит: «Отечество наше совершает переустройство жизни своей на новых началах. Изменяется уклад народного быта. Не доставало доселе этому перевороту внутреннего благодатного от веры осенения». Так же характерна статья прот. Введенского: «Мы должны обратиться со словами глубокой благодарности к правительству, которое, вопреки клевете заграничных шептунов, не гонит церкви. В России каждый может исповедывать свои убеждения. Слово благодарности должно быть высказано единственной в мире власти, которая творит, не веруя, то дело любви, которое мы, веруя, не исполняем, а также вождю Сов. России В. И. Ленину...» (21) (21/ Ст. Прот. Введенского // Известия ВЦИК, 1923, № 97.) Приведем еще одно заявление «Живой Церкви» из «Соборных постановлений»: «Церковным людям не надлежит видеть в Советской Власти – власть антихристову. Наоборот, Собор обращает внимание, что Советская Власть, государственными методами, одна во всем мире, умеет осуществить идеалы Царства Божия. Поэтому каждый верующий церковник должен быть не только честным гражданином, но и всемерно бороться, вместе с Советской Властью, за существование на земле идеалов Царства Божия». Все приведенные факты и высказывания ясно указывают, что сущность «Живой Церкви» та же, что и у покрываемой ею советской власти - антихристова. В последующих главах мы рассмотрим явления, лежащие в основе политики нынешней Московской Патриархии. Сейчас же, забегая вперед, приведем заявление Патриарха Алексия (Симанского), сделанное на 5-ой Всесоюзной конференции сторонников мира в Москве 11 мая 1955 года и не уступающее заявлениям живоцерковников: «Русская Православная Церковь едина со всем нашим народом. Она всецело поддерживает миролюбивую внешнюю политику нашего Правительства не потому, что, как говорят наши недруги, она якобы несвободна, а потому, что эта политика справедлива и соответствует христианским идеалам, проповедуемым учением Церкви» (22). (22/ Журнал Московской Патриархии, 1955, № 6, с. 27.) Однако приемы, использованные большевиками в случае с «живоцерковниками», оказались слишком грубыми, а нарушение канонов – слишком явным. Посему большая часть духовенства и мирян не примкнула к движению «Живая Церковь». Богоборцы тогда стали искать такого «канонически правильного» епископа, который бы согласился, не нарушая канонов, служить антихристовой власти. Париж, сентябрь 2005 г. (Продолжение следует) Эта статья опубликована на сайте МЕЧ и ТРОСТЬ   https://archive.apologetika.eu/ URL этой статьи:   https://archive.apologetika.eu/modules.php?op=modload&name=News&file=article&sid=241