Протоиерей РПЦЗ(В) Вениамин Жуков. Книга «Русская Православная Церковь на родине и за рубежом»: главы 8 – 11.
Послано: Admin 17 Дек, 2005 г. - 12:17
История РПЦЗ
|
Ни одна нормальная канцелярия не могла бы в нормальных условиях издать до такой степени нескладный документ. Его анализ выявляет целый ряд аномалий, наводящих на мысль, что наличие их не случайно и служит средством передачи информации.
Во-первых, противоречит нормальной практике вынесение приговора лишь на основании двух номеров одной заграничной газеты (полученной не иначе, как от советской власти), а не на основании расследования, предусмотренного церковными правилами.
Во-вторых, не выдерживает критики мотивировка санкции, вынесенной в адрес Высшего Церковного Управления.
В-третьих, полностью противоречит основным церковным правилам (34-ое Св. Апостолов и пр.) замена узаконенного соборного управления единоличной архиерейской властью.
Обоснование этой замены явно не соответствует действительному положению вещей и вряд ли можно считать случайными следующие, не соответствующие реальности, заявления:
- «... заграничные русские приходы уже поручены попечению проживающего в Германии Преосвященного Митрополита Евлогия...» (такого поручения относительно всех заграничных приходов никогда не давалось);
- «… назначением тем же Управлением Преосвященного Митрополита Евлогия заведующим русскими православными церквами заграницей…» (Высшее Церковное Управление заграницей никогда не назначало Митрополита Евлогия заведующим русскими православными церквами заграницей, а лишь временным управляющим приходами Русской Православной Церкви Заграницей в Западной Европе).
О реальных полномочиях Митрополита Евлогия высшая церковная власть в России высказалась в указе № 424 от 26 марта / 8 апреля 1921 г., постановившем: «…ввиду состоявшегося постановления Высшего Церковного Управления заграницей считать православные русские церкви в Западной Европе находящимися временно... под управлением Преосвященного Волынского Евлогия...» (12)
(12/ См. полный текст указа № 424 в главе о признании Русской Зарубежной Церкви Патриархом Тихоном.)
Для придания исполнительной силы новому указу предыдущий указ № 424 от 26 марта / 8 апреля 1921 г. должен был быть упразднен и заменен новым указом. Но указ № 348 от 22 апреля / 5 мая 1922 г. не отменяет указа № 424, а, наоборот, на него ссылается. Это приводит к явному противоречию, которое лишает указ № 348 юридической силы (13). Эта "ошибка", бесспорно, не являлась случайной и Священный Синод и Высший Церковный Совет не просто "забыли" о своем указе годичной давности. В данном случае, в условиях чрезвычайного давления, сознательно издавался юридически несостоятельный документ.
(13/ В своем знаменательном труде о каноническом положении Русской Православной Церкви Заграницей «Правда о Русской Церкви на Родине и за рубежом» (Джорданвилль, 1961, с. 196), прот. Георгий Граббе пишет:
«Постановление в своей мотивировке содержит такую ошибку, которая сама по себе подрывает всю его силу. Синод решает об упразднении Высшего Церковного Управления «принимая во внимание, что, за назначением тем же Высшим Церковным Управлением Преосвященного Митрополита Евлогия Заведующим русскими православными церквами заграницей, собственно для Высшего Церковного Управления там не остается уже области, в которой оно могло проявить свою деятельность». Между тем, в ведении Высшего Церковного Управления в то время уже было 9 епархий, а Митрополиту Евлогию было поручено управление лишь церквами в Западной Европе, причем постановление о сем Высшего Церковного Управления было подтверждено Синодальным Указом от 26 марта / 8 апреля 1921 г. за № 24».)
«Окончательно же уничтожали все юридическое значение этого «указа» заключительные слова его. Говоря об ответственности «некоторых» членов Карловацкого Собора, указ упоминает, что суждение об этом может иметь место «по возобновлении нормальной деятельности Священного Синода при полном, указанном в соборных правилах, числе его членов». Значит ясно, что, издавая свое постановление, иерархи в Москве считали себя ненормально и в незаконном составе действующими. Следовательно, они и не могли ожидать исполнения своего «указа», в каковых целях и поместили это, непонятное чекистам, выражение.
Для законного состава Священного Синода и Высшего Церковного Совета требуется присутствие, кроме председателя, не менее половины членов каждого учреждения (ст. 14, разд. III). В постановлении 22 апреля 1922 года умалчивается о составе соединенного присутствия, рассматривавшего данное дело. Если принять во внимание, что виднейшие иерархи в то время находились в заточении, а два члена Священного Синода – постоянный, Митрополит Киевский и Галицкий Антоний, и избранный Всероссийским Собором Архиепископ Анастасий – находились за границей, то ясный намек в «указе» на неправомочность издававших его учреждений делается вполне понятным.
Патриарх Тихон, словом, хотел сказать: "Вчитайтесь внимательно в «указ» и вы поймете, что такую нелепость я мог подписать только вынужденно. Последовавшие на следующий день после издания этого акта арест Патриарха и разгон Высших Церковных Управлений еще ярче подтверждают правильность высказанного выше» (14).
(14/ Призыв к прекращению зарубежной церковной смуты. Париж, апрель-май 1930 г.
Подписались: проф. И.П. Алексинский, генерал Г.Б. Андгуладзе, граф П.Н. Апраксин, генерал барон В.И. Велио, А.Н. Волжин, контр-адмирал Н.А. Волков, князь А.Н. Волконский, генерал В.П. Гальфтер, граф П.В. Гендриков, полковник Кононов, А.Н. Крупенский, Н.С. Мальцев, полковник М.Н. Моллер, генерал С.Л. Николаев, граф Д.А. Олсуфьев, граф А.А. Орлов-Давыдов, А.В. Пантелеев, генерал М.А. Пешня, генерал В.В. Римский-Корсаков, С.Н. Чаев, граф Д.С. Шереметев, князь А.А. Ширинский-Шихматов, генерал Н.Н. Юденич.)
11.2 РЕАКЦИЯ ЗА ГРАНИЦЕЙ НА УКАЗ № 348
Указ был направлен одновременно в Высшее Церковное Управление и Митрополиту Евлогию. По получении его Митрополит Евлогий написал Владыке Антонию письмо от 3 / 16 июля 1922 г.:
«Указ этот поразил меня своей неожиданностью и прямо ошеломляет представлением той страшной смуты, которую он может внести в нашу церковную жизнь. Несомненно, он дан под давлением большевиков. Я за этим документом никакой обязательной силы не признаю, хотя бы он и был действительно написан и подписан Патриархом. Документ этот имеет характер политический, а не церковный. Вне пределов советского государства он не имеет значения ни для кого и нигде».
Но всего лишь три недели спустя, 8 августа 1922 г., Митрополит Евлогий подал Собору Архиереев записку следующего содержания:
«Предлагаю теперь же закрыть означенное Управление и немедленно всем собравшимся заграничным русским епископам приступить к организации нового центрального органа Высшего Церковного Управления заграницей или к восстановлению старого, действовавшего до Карловацкого Собора» (15).
(15/ Впоследствии Митрополит Евлогий не отрицал своего письма от 3/16 июля 1922 г., но объяснял, что он его написал, желая «смягчить для митрополита Антония всю его остроту, говорил в утешение ему, что, может быть, здесь оказалось влияние советской власти». Цит. по: Послание митрополита Евлогия к своей пастве. 6/19 августа 1926 г. // Возрождение, 1926, № 446.)
А через несколько месяцев появилась в парижских кругах теория о «полноте высшей церковной власти», полученной якобы Митрополитом Евлогием от самого Святейшего Патриарха.
Вследствие всех этих тревожных событий 19 августа / 1 сентября 1922 г. в Сремских Карловцах состоялось заседание Высшего Церковного Управления в соединенном присутствии Архиерейского Синода и Церковного Совета, на котором было принято следующее решение:
«Обсудив создавшееся положение и приняв во внимание представленные Высшему Церковному Управлению данные и разные соображения, Высшее Церковное Управление, разделяя основные доводы, изложенные в докладе Секретаря названного управления Е.И. Махароблидзе, определяет:
Высшее Церковное Управление, выражая полную покорность и сыновнюю преданность Святейшему Патриарху Всероссийскому, принимает указ Священного Синода Всероссийской Православной Церкви об упразднении Высшего Церковного Управления к исполнению. Но, принимая во внимание:
1) неясности сего указа и несогласованность его с предыдущими указами, вызывающими различные толкования его и убеждающие в том, что Свят. Патриарх совершенно не представляет положения заграничной Церкви (в ведении Высшего Церковного Управления состоят 9 епархий при 12 правящих и викарных архиереях, а в указе говорится лишь о заграничных приходах), и потому требующие дополнительных разъяснений и указаний Свят. Патриарха;
2) невозможность оставления Русской Заграничной Церкви без Высшей Церковной Власти даже на самое короткое время и трудность организации новой церковной власти, указ же Высокопреосвященному Митрополиту Евлогию никаких новых полномочий не дает, а лишь сохраняет за ним (и то лишь временно) управление теми заграничными приходами, коими он управляет, т.е. в Западной Европе;
3) исключительную важность переживаемого момента, когда Высшая Церковная Власть в России совершенно дезорганизована, а Свят. Патриарх арестован, и угрожающую вследствие сего Русской Православной Церкви серьезную опасность;
4) то обстоятельство, что указ этот, несомненно, написан под давлением большевиков и врагов Церкви, –
Высшее Церковное Управление признает необходимым привести указ об его упразднении в исполнение по установлении в России законного церковного управления и возвращении к управлению Церковью Свят. Патриарха, которому доложить о создавшемся положении, прося его разъяснений и указаний и ожидать его свободного волеизволения. До получения же сего продолжить действия Высшего Церковного Управления.
Но ввиду чрезвычайной важности вопроса Высшее Церковное Управление одновременно с ним признает необходимым озаботиться немедленным созывом нового Всезаграничного Церковного Собора для обсуждения создавшегося положения».
Это постановление было принято одиннадцатью голосами против двух – Митрополита Евлогия и Епископа Вениамина. Митрополит Евлогий заявил о необходимости немедленного упразднения Высшего Церковного Управления. Епископ Вениамин указал на необходимость «точного и немедленного исполнения» указа об упразднении Высшего Церковного Управления и «передачи полноты высшей церковной власти Владыке Митрополиту Евлогию», по якобы точному смыслу указа.
С целью умиротворения создавшегося положения на следующий день, 20 августа / 2 сентября 1922 г., Архиерейский Собор постановил упразднить существующее Высшее Русское Церковное Управление и для организации высшей церковной власти созвать Русский Всезаграничный Собор и учредить Временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви Заграницей. Ему передавались все права и полномочия Высшего Церковного Управления заграницей.
Часть иерархов доказывала невозможность считаться с явно подневольными актами, исходящими от московской церковной власти. В постановлении Высшего Церковного Управления заграницей от 19 августа / 1 сентября 1922 г. официально признавался факт нарушения административной связи с разгромленной высшей церковной властью в России. В основу дальнейшей деятельности заграничной церковной власти клался указ 7 / 20 ноября 1920 года за № 362, предусмотренный Патриархом на этот случай (16).
(16/ Полный текст указа № 362 приводится в главе 8.1 "Указ № 362 от 7/20 ноября 1920 г.")
В феврале 1923 года последовало определение временного Архиерейского Синода о том, чтобы прежде созыва Всезаграничного Церковного Собора созвать Собор Русских Архиереев, пригласив на оный всех русских епископов, пребывающих за границей. В случае если кто-либо не мог прибыть на Собор лично, его просили прислать свои соображения письменно.
18 / 31 мая 1923 года Архиерейский Собор был созван. Он решил отложить созыв Русского Всезаграничного Церковного Собора с участием клириков и мирян до более благоприятного времени.
Последующие события, рассматриваемые ниже, прольют свет на методы, которые советская разведка использовала в борьбе с Церковью за рубежом, после расформирования белых частей ставшей единственным оплотом многомиллионной русской эмиграции и вдохновительницей борьбы с безбожным коммунизмом.
Через четыре года после событий 1922 г. Митрополит Евлогий и Епископ Вениамин, расколов церковное единство за рубежом, подчинятся Митрополиту Сергию (Страгородскому), а еще спустя 3 года, когда Митрополит Евлогий уйдет из-под омофора последнего в Константинопольский патриархат, Митрополит Вениамин возглавит Московский экзархат в Западной Европе.
Париж, сентябрь 2005 г.
(Продолжение следует)
|
|
| |
|
