МЕЧ и ТРОСТЬ
22 Окт, 2018 г. - 21:06HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
В.Г.Черкасов - Георгиевский. Книга 'Генерал П.Н.Врангель'. Документальное жизнеописание. Часть первая. Глава 3, финальная.
Послано: Admin 22 Мар, 2007 г. - 14:07
Белое Дело 
ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ

Часть первая (1878 -- 1901). ИСТОКИ РОДА И СЕМЬИ. Глава 3: Детство и юность Петра Врангеля. Студент Горного института.

См. ВРАНГЕЛИАНА-1: Иллюстрации к I части книги В.Черкасова - Георгиевского 'Генерал П.Н.Врангель'



+ + +
Потом Николай фон Врангель недолго служил в Лейб-Гвардии Конном полку 'вольнопером'. Все это не было близким барону 'с душою прямо геттингенской', по выражению Пушкина. Но вполне органичным стало увлечение писательством, Николай Егорович сочинил две драмы из эпохи Смутного времени: 'Петр Федорович Басманов', 'Марина Мнишек', изданных в 1886 году, -- а спустя три года вышел в его переводе 'Фауст' Гете.

Однако поклонник 'прогрессивной' буржуазии, сын удачливого Егора Ермолаевича наконец все же 'примкнул к промышленным предприятиям', устроившись в Русское Общество пароходства и торговли (РОПИТ). Николай Егорович получил хорошую должность, потому что протежировал ему сюда близкий друг семейства Врангелей, возглавлявший РОПИТ адмирал Н. Чихачев, известный и как путешественник-натуралист, один из первых исследователей природы северного побережья Охотского моря.

Компания РОПИТ была основана в 1856 году, когда с Высочайшего соизволения Его Императорского Величества был утвержден Устав Русского Общества пароходства и торговли. К концу века Общество насчитывало 83 судна, из которых 47 были почтово-пассажирскими. Общество начинало с того, что занималось организацией перевозок паломников к святым местам в Палестину, приняв на себя решение всех вопросов, связанных с их размещением и питанием. Интересно, что закончилась деятельность компании именно потому, что ее суда вывезли Русскую Армию генерала барона П. Н. Врангеля из Крыма в Турцию и ушли во Францию. Очевидно, повзрослевший до Главнокомандующего сын бывшего чиновника РОПИТа Николая Егоровича не забыл возможностей дела, которым занимался папа как раз перед его появлением на свет.

Со временем РОПИТ превратился в некую самостоятельную державу. Почтовый департамент заключил с компанией в 1862 году особый договор, по которому 'Общество в вознаграждение за прием и выдачу писем в портах Турции, Египта, Болгарии, Ливии и других стран Востока получало 25% сборов, поступающих в почтовый доход за пересылку корреспонденции по Черному морю'.

РОПИТом были учреждены рейсы между Таганрогом, Феодосией и Константинополем, Редут-Кале и Трапезундом, его суда стали заходить и в Дарданеллы, Хиос, Латакию, Триполи, Яффу и многие другие порты. На более чем восьмидесяти судах флота компании для сопровождения корреспонденции, отправлявшейся на пароходах, стали посылать почтальонов. Потом появились специальные почтовые чиновники, свои почтовые штемпеля.

С 1867 года Русскому Обществу пароходства и торговли были переданы все почтовые операции на Востоке. Выручка за перевозку простых и страховых писем и бандерольных отправлений, следующих из России на Восток, шла полностью почтовому управлению Империи, как и казенная корреспонденция перевозилась на пароходах РОПИТа бесплатно. Зато плата за письма, идущие с Востока в Россию, целиком поступала Обществу.

В договоре говорилось также о том, что при каждом агентстве РОПИТа Общество должно иметь вывеску 'Русская почта'. Таким образом, агентства представляли собой филиалы российской почты за рубежом, компания с разрешения Почтового департамента даже выпустила свои почтовые марки. В договоре между Почтовым департаментом и РОПИТом от 8 июня 1872 года говорится:

'Ст. 5: ...Марки (Русского Общества) должны служить исключительно для оплаты: а) корреспонденции, следующей с Востока в Россию; б) пересылки морем до Одессы корреспонденции, следующей из турецких портов в Европу транзитом через Россию. За доставку же от Одессы за границу оплата производится только государственными почтовыми марками, которые могут быть приобретены Обществом по номинальной цене'.

Понятно, почему в 1877 г. именно в базовом 'ропитовском' городе Одессе барон венчался с Марией Дементьевой-Майковой.

Она, будущая мама нашего П. Н. Врангеля, была потомственной дворянкой, дочерью гвардейского ротмистра Дмитрия Дементьева-Майкова, чей род был связан с семеновским офицером, приятелем А. П. Сумарокова, поэтом, масоном Василием Ивановичем Майковым (1728 -- 1778); с критиком и публицистом, петрашевцем Валерианом Николаевичем Майковым (1823 -- 1847) и, наконец, с самым знаменитым из этого родословца -- поэтом Аполлоном Николаевичем Майковым (1821 -- 1897), противником революционных демократов. А по матери Мария Дмитриевна происходила из рода Полторацких. Ее дед Сергей Дмитриевич Полторацкий был библиофилом, описал свои встречи с Пушкиным:

'У меня была рукопись этого стихотворения ('Вольность' -- В. Ч.-Г.) с 1821 г., я ее показывал Пушкину в Москве в сентябре 1826 года в нашем доме за Калужскими воротами и просил его посмотреть и поправить. Но он не исполнил моей просьбы и не хотел взглянуть на оду. Но умилостивился в отношении своего стихотворения 'Кинжал'. Увидев на странице 106-й (рукописной книжки in=8), что 'Кинжал' не дописан, Пушкин взял перо и написал последние семь стихов с половиною и под ними подписался Не А. Пушкин'.

Кузиной Сергея Дмитриевича, урожденной Полторацкой являлась замечательная пушкинская знакомая Анна Петровна Керн, хранившая такое прекрасное произведение поэта, как 'Я помню чудное мгновение:'

Первый сын Николая Егоровича и Марии Дмитриевны, герой этой книги Петр Врангель родился 15 августа 1878 года в городе Ново-Александровске Ковенской губернии Российской Империи, теперь знаменитым в Литве как курортное место Зарасай. Этот озерный край лежит на северо-восток от Вильнюса, называвшегося в Империи Вильно, в направлении Латвии, то есть Курляндской губернии, и белорусских витебских земель.

Семья фон Врангелей в то время здесь недолго задержалась, но биографу важно, что наследник древнего баронского прибалтийского рода родился именно здесь, на рыцарской земле предков. Это бесконечные леса, взлеты холмов, блюдца озерной воды, куда смотрится небо и верхушки сосновых боров. Здесь вотчины кабанов и енотов, приволье больших птиц. Все это проходило через душу глазеющего младенца, а сердце его отца, барона и бывшего конногвардейца, несмотря на полюбившееся реформатство, все же 'исконно врангелевски' грелось от вида теснящихся по обрывам старинных замков.

Тогда в связи с предпринимательской деятельностью Николая Егоровича семья часто перемещалась. Второй сын, названный тоже Николаем, родился в июле 1880 г. уже в имении Головковка Чигиринского уезда Киевской губернии. Потом они переехали в Ростов-на-Дону, где в апреле 1884 г. появился на свет третий сын Всеволод. Здесь Врангели проживут до середины 1890-х годов.

+ + +
Казачий Ростов-на-Дону, который уже с большим вниманием рассматривал шестилетний Петя Врангель, полюбился по многим причинам его отцу, ставшим здесь главой страхового общества 'Эквитэбль', гласным Городской Думы, членом правления Общество спасания на водах, председателем правления Южно-Русского общества любителей правильной охоты. Также Н. Е. Врангель входил в правление нескольких ростовских угледобывающих акционерных обществ, был почетным мировым судьей и купил в Области Войска Донского небольшое имение.

Рассказывая об этом городе, Николай Егорович замечал, что до Крымской войны юг России считался лишь далекой окраиной, глухой провинцией. Вся торговля и промышленность сосредотачивались на севере, особенно -- в Московском районе. Кавказ был еще не умиротворен, на Черном море коммерческого флота не существовало, о железных дорогах на юге и не мечтали. На Черноморье находился только один большой торговый порт Одесса, на Азовском -- небольшой, Таганрог, куда за зерном приходили иностранные парусники.

Подъем здесь начался, справедливо указывал Врангель, с учреждения РОПИТа, связавшим юг как с Европой и Ближневосточьем, так и с Дальним Востоком. А с прокладкой железной дороги, спокойствием на Кавказе русские переселенцы двинулись на Кубань, где втуне лежащие степи обратились в цветущие поля, и пошел колоссальный вывоз сырья в Европу. В Донецком бассейне взялись за строительство угольных шахт, в Криворожье -- за освоение железорудных залежей, на Кавказе открыли богатейшие запасы нефти, марганца, меди.

Далее Николай Егорович мудро уточнял:
'Мы все невзгоды, как на политической, так и экономической почве склонны объяснить коварством и происками других народов и, невзирая на уроки прошлого, не хотим понять, что эти невзгоды происходят исключительно от нашей собственной лени и неподвижности. Так было и в данном случае. Вся промышленная жизнь Юга возникла только благодаря иностранной предприимчивости, только благодаря иностранным капиталам, и, конечно, сливки со всех предприятий сняли не мы, а они. Только мукомольная и сахарная промышленность осталась в русских руках, и то не коренных, а евреев.

То же самое уже к концу столетия повторилось и в Баку: Только в одном месте на юге создалось нечто цельное и своеобразное, благодаря не иностранной инициативе, а русской -- город Ростов на Дону.

Этот совершенно особый, ничем не напоминающий обыкновенные русские центры город возник и вырос самостоятельно, стихийно, как вырастают города в свободной Америке, но не в чиновниками управляемой России. Создан он был не начальством, не сильным дворянством, не богатым купечеством, не просвещенной интеллигенцией, а мужиком, темным людом, собравшимся со всех концов России, с бору да с сосенки.

В тридцати верстах от устья Дона еще во времена Петра Великого стояло укрепление св. Дмитрия -- несколько лачуг, где жила горсть солдат, окруженных валом, -- передовой пост против кочующих племен. В конце восемнадцатого столетия вблизи этой крепости выходцы из Армении основали город Нахичевань на Дону, которому Екатерина даровала обширные земли, почти автономное самоуправление и разные привилегии.

Туда стекались и беглые от помещиков крепостные, и разный беспаспортный сброд, а затем, когда юг стал оживать, -- и мелкие прасолы-торгаши. И так как им жить в Нахичевани армяне не разрешали, то стали селиться в окрестности города и крепости, и образовался пригород Ростов на Дону.

Когда приступили к постройке железной дороги, нахичеванцы не сумели поладить с инженерами, и узловая станция была построена не у Нахичевани, а за Ростовом. И маленький пригород стал расти, а Нахичевань хиреть, и вскоре вся торговля перебралась в Ростов'.

В 1880 году ростовская газета писала:
'Лучшие улицы города: Большая Садовая, Московская, Таганрогский и Большой проспект: Выдающиеся постройки: здание конторы Государственного Банка, дом Максимова (на Соборной площади), дом Мирошниченко (на Большой Садовой), в котором помещается коммерческий клуб... Здание это вполне громадное, поражает своей архитектурой, чисто в древнегреческом вкусе, напоминая древний пантеон: Петровское реальное училище, здание табачных фабрик Кушнарева, Асмолова, Асланди'.

Нам важно упоминание о ростовском Реальном училище имени Государя Императора Петра Великого, куда пошел учиться Петя Врангель. Это было время жесткой сшибки общественного мнения по поводу двух систем образования: классического (классическая гимназия) и реального (реальное училище).

Так называемые позже революционные демократы Чернышевский, Добролюбов, Ушинский и прочие 'прогрессисты' пытались сокрушить позицию консервативного министра народного просвещения Д. А. Толстого и его сторонников, доказывая, что классическое преподавание 'мертвых' латинского и греческого языков 'оторваны от жизни'. Они либерально настаивали, чтобы основное внимание учащихся уделялось предметам естественно-математического цикла. Консерваторы, люди глубоко верующие, аристократические, отстаивали свои исторически гуманитарные взгляды на эллинское и римское 'детство Человечества', обратившееся в Христианство, чтобы задержать развитие материалистических воззрений, на их глазах беспощадно выкашивающих духовную основу русского Православного Царства. Однако 'дети': кроя тургеневского нигилиста Базарова, спящего на гвоздях Рахметова от Чернышевского, свободомыслящего барона Николая фон Врангеля, -- затыкали за пояс 'отцов', и, конечно же, отдавали, ежели имели, своих детей в реальное училище.

Им так тогда была нужна проклятая реальность жизни, которая через считанные десятилетия кроваво растопчет и их чеховские идеи, что вот-вот небо будет в алмазах, а не в большевистских звездах. Ведь не случайно же разночинский писатель Чехов вдоволь наиздевался в рассказе 'Человек в футляре' над преподавателем именно греческого языка Беликовым. Мы не встретим в литературе того времени и потом в школьной классике СССР отвратительнее по занудности образа, как показан этот вдохновенный гимназический учитель языка, на котором русские познакомились со Святым Писанием, который и остался 'оселком' наших святоотеческих произведений:

'Через месяц Беликов умер: Признаюсь, хоронить таких людей, как Беликов, это большое удовольствие: Ах, свобода, свобода! Даже намек, даже слабая надежда на ее возможность дает душе крылья, не правда ли?'

Нет, не правда, господа чеховы, чернышевские, с вашей 'всепозволительной' свободой! Потому что и преподавание церковно-славянского языка, потом добитого с еще большей легкостью, столь насущны в нашем Отечестве с другими теперь давным-давно 'мертвыми' дисциплинами не только для развития умения мыслить, а и спасения в прямом смысле этого слова. О том писал еще в 'крепостническом' 1854 году православный философ И. В. Киреевский в Записке 'О нужде преподавания церковнославянского языка в уездных училищах' министру народного просвещения А. Норову, объясняя, что в училище:

'Мальчик не получит ни привычки, ни, следовательно, охоты к чтению книг церковных, между тем как от дьячка он хотя не вынесет никаких знаний, но вынесет именно эту привычку к чтению церковных книг, а вместе и любовь к церковному богослужению. Потому один мальчик, выйдя из училища, хотя знает много, но обыкновенно скоро забывает все, чему учился, если же займется чтением, то единственно чтением переводных романов... Между тем другой мальчик, не получив в своем учении собственно знаний, получил однако же средство и потребность к живому приобретению именно тех понятий, которые всего важнее для человека и которые он приобретает ежедневно более или менее, вникая в высокий смысл церковного богослужения. Для одного дверь просвещения затворилась вместе с дверью его училища. Для другого, напротив, только при окончании его учения раскрылась дверь в высшее училище -- Церковь'.

(Продолжение на следующих стр.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Белое Дело
· Новости Admin




<< 1 2 3 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..