МЕЧ и ТРОСТЬ
27 Июн, 2022 г. - 10:54HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
А.Кузнецов (РосПЦ) “Февраль 1917 -- требовалось исповедничество, которое опоздало потом”. Часть 2-я Второго письма.
Послано: Admin 10 Фев, 2007 г. - 14:26
Царский путь 
Начало "Второго письма" см. Часть 1-я Второго письма.

+ + +
Во-вторых, непонятна сама постановка вопроса. Может ли военный человек в монархическом государстве (1) позволить своему «недовольству» разрастись до пассивной, тем более активной (как у ген. Крымова) измены своему Царю? Мыслимо ли представить, что за 100 лет до этого в 1812 г. русские офицеры -- от князя Голенищева--Кутузова до «капитана Тушина», -- «недовольные» падением Смоленска, огромными потерями и поражением в Бородинском сражении (по тогдашним военным воззрениям побежденным всегда считался отступивший), оставлением Москвы начали бы подкоп под своего Государя? Что вообще было бы с Россией в ее истории, если бы служилые люди позволяли себе капризно выражать свое «недовольство», появление которого уже есть свидетельство духовного перерождения.

/(1) Которое все-таки не республика, где каждый «сам себе царь» и может по любому вопросу иметь свое мнение и выражать «недовольство»./

Конечно, нельзя отрицать, что значительная доля вины за недостаток боеприпасов, вооружения и плохое снабжение, выявившиеся в 1915 г. и повлекшие колоссальные людские потери, лежит на правительстве (прежде всего на военном министре, лично ответственном за эти вопросы). Но не только деятельность правительства была причиной тяжелого положения Русской армии в Великую войну. Не генерал ли Брусилов устроил безсмысленную мясорубку на Стоходе в сентябре-октябре 1916 г., когда уже стало ясно, что наше летнее наступление выдохлось, что дальнейшие жертвы просто безполезны, они могут дать только ничтожное, стратегически (да и тактически) ничего не значащее приращение территории?(1) Не та же ли Ставка Вел. Кн. Николая Николаевича (столь почитаемого армейским офицерством) своей властью, помимо правительства, при отступлении 1915 г. устроила новое «переселение народов», насильно гоня от наступающего врага жителей западных губерний на восток и внося тем невообразимый хаос, как в жизнь внутренних губерний (где повсеместно вспыхивало недовольство против «пришлых», приход которых увеличивал дороговизну жизни, даже нес эпидемии заразных болезней), так и в тыл собственно действующей армии, нарушив ее снабжение (а пеняли, кстати, за все это правительству). Кто ответственен за то, (свидетельство ген. Деникина) что в первые военные месяцы роты уходили на фронт, на 50% (по штату положено 10%) укомплектованными унтер-офицерами (т. е. испытанными старыми солдатами); этот ценнейший кадр был истреблен в боях 1914-15 гг, а ведь унтер-офицерский состав это опорная сетка, на которой держится солдатская дисциплина всякой части; как бы они пригодились в феврале 1917-го для поддержания расшатавшейся дисциплины в тех же запасных батальонах?! (а приходилось спешно производить каких-то кирпичниковых).

/(1) И этот, стоивший столько крови, плацдарм в 10 км по фронту и 5 км в глубину был потерян «революционной» армией в марте 1917 г за 3(!) дня./

Неужели за это ответственны Щегловитов с Коковцовым, а не Генштаб с мобилизационными отделами округов? Кто, наконец, ответственен за катастрофу в Восточной Пруссии? Когда внимательно рассматриваешь ход военных операций, то просто поражаешься неумелостью ген. Ренненкампфа и Самсонова(1), которые (а вовсе не Председатель Совета министров И. Л. Горемыкин, тем более не Государь и монархия вообще) виновны в гибели целой армии. А вместе с ними виновны и Главноком. фронтом ген. Жилинский, не сумевший координировать действия своих армий, и Вел. Кн. Николай Николаевич, увлеченный «более перспективным» юго-западным направлением, где тогда били австрийцев, и забросивший направление северо-западное. И когда говорят, что войска из-за политических причин вступили на территорию Германии неподготовленными, то надо помнить, что военное поражение наступило раньше, чем сказалась эта неготовность (недоукомплектованность личным составом, плохой подвоз, неналаженный тыл и т. д.). Командный состав оказался не на высоте. Вел. Кн. Николай Николаевич был (по общему свидетельству) хорош на красносельских маневрах гвардейской кавалерии, но к ответственной должности Верховнаго он лично оказался не готов совершенно. И он же потом ругательски ругал правительство на неготовность в войне!

/(1)Последний, например, постоянно перемещаясь и снимая свою радиостанцию, полностью лишил командиров корпусов возможности выходить с ним на связь, чем совершенно дезорганизовал управление войсками//

Наше офицерство искало виноватых только в Правительстве, а себя виновным в плохой подготовке к войне не считало (как и потом многие из них считали виновными в революции других, но не себя). Поэтому всё это показное недовольство «бездарным» правительством в военной среде имело те же корни, что и в общественности, и сильно отдавало лицемерием. Деятельность правительства в ходе войны я склонен оценивать скорее положительно. Уже то, что вплоть до февраля 1917 г. Россия, единственная из воющих держав, обходилась без карточной системы, а накопление денежной массы (инфляция) в 1916 было таким же, как и в 2001 г. в РФ (и это при том, что гучковские ВПК безудержно спекулировали, выполняя государственные заказы на вооружения по ценам в 3-4 раза завышенным, а деятельность этих комитетов была выведена из под надзора правительства), говорит в его пользу.

Теперь я должен перейти к важнейшему вопросу, который непосредственно к Белому движению не относится, и потому я не рассматривал его в статье, но который в свете Ваших замечаний нужно исследовать. Речь идет об отречении Государя, об отношении к этому отречению военных (и не только) людей и о явлениях, со всем этим связанных. А также о политике Государя вообще, влиянии Распутина и т. п.

Сначала о политике Государя. Политика эта была очень разумная и взвешенная. Она казалась непоследовательной, «безвольной» и «преступной» только духовно слепым людям того времени, привыкшим судить все с точки зрения «здравого смысла». Конечно, если посмотреть человеческим, обывательским взглядом, то «ошибок» действительно было немало. Но все замечания об «ошибках» государственной политики императора Николая II сразу же обезсмысливаются, если мы поймем, что духовному взору Государя (недоступному нам, грешным) открывалась вся та бездна зла, уготованного мiру в ХХ столетии и уже властно вступившего в жизнь человечества с началом Мiровой войны. Тогда станет ясно, что ни соответствующая кадровая политика, ни ужесточение борьбы со смутьянами и крамолой, ни хозяйственные (экономические) и политические преобразования не решали вопроса и не могли предотвратить начавшейся Мiровой Революции, как невозможно никакими человеческими средствами предотвратить попущение Божие. Здесь корни того странного «равнодушия» Государя к тем «замечательным и практичным» с человеческой точки зрения проектам П. А. Столыпина. Государь видел и понимал, что разворачиваются события, имеющие духовное, а не материальное измерение, соответственно, и средства противодействия (или содействия) им должны избираться духовные. Кроме него этого не видел и не понимал никто (кроме, м. б., Государыни).

Это особенно ярко сказалось (я несколько забегаю вперед) в отречении Государя. В те дни Государь, оставаясь правителем и отдавая человеческие распоряжения, мыслил и чувствовал в категориях греха, искупления и жертвы. И, уподобляясь Сыну Божию, себя был готов принести в эту жертву в последней надежде образумить русский народ, ибо если и такая жертва не встряхнет его, то исторически этот народ конченый. Так видел и чувствовал Государь. Он понимал, перед какой бездной стоит Россия, он понимал, что ещё шаг, и она рухнет в нее, и возврата не будет. А ему несли какие-то (простите за грубость) дурацкие телеграммы от пустого и подлинно «бездарного» Родзянки о необходимости «немедленно поручить лицу, пользующемуся доверием страны, составить новое правительство»… А ему Гучков и Шульгин нашептывали ничтожные и близорукие советы, в чью пользу отрекаться и кого назначить премьером… А ген. Рузский даже дошел до дерзости, прикрикнув своему Царю, как какому-то (не знаю, сами подберите сравнение): «Ну, решайтесь!!».

И вот если мы сумеем с этой духовной точки зрения взглянуть на Государя, то все жалкие обвинения в «плохой» политике падут и святой его облик засияет во всей славе безо всяких оговорок об «ошибках». Будет ясно, что дело не в том, чтобы «вместо Саблера был назначен Самарин» (о. Г. Шавельский), а Распутин был удален от Двора. Легковесность суждений об «ошибочной» политике станет очевидной.

Государя мы действительно почитаем как св. мученика. Но почитаем в неразрывной связи с его служением как христианского монарха, которое переплетено (никуда от этого не деться) с этой пресловутой «политикой», бывшей непосредственным воплощением этого служения. Мы имели Государя, который желал и по мере сил стремился проводить истинно христианскую политику (а во всякой такой политике, конечно, всегда будет что-то не от мiра сего), и если она не удалась, то ответственны за это не Государь, не «Царица-немка», не Распутин, не Горемыкин или Штюрмер, а все мы, оказавшиеся недостойными своего христианского Царя, потому что желали жить не как христиане, а как язычники или безбожники.

Я отнюдь не считаю Распутина святым и не хочу оправдывать безнравственное поведение этого человека, но нельзя не видеть, что из него создали огородное пугало, вокруг него и про него (и тогда, и сейчас) искусственно и сознательно раздувались неправдоподобные сплетни и всевозможные слухи, и все это с единственной целью опорочить Государя. Я убежден, что при любом мало-мальски уважительном отношении к Царю (здесь не нужно даже никакого развитого монархического правосознания) распутинская история заглохла бы, не успев толком и развернуться. И одно дело недовольство истинных монархистов как упоминаемые Вами митр. Антоний (Храповицкий) и Лев Тихомиров (надо, однако, сказать, что и митр. Антоний и Л. Тихомиров непосредственно доступа к Царской семье не имели. Поэтому о Распутине они могли судить только по слухам, распространявшимся в их среде -- среде православного духовенства (митр. Антоний) и консервативной общественности (Л. Тихомиров). Их оценки вследствие этого односторонни. Они справедливо могли негодовать против вещей, которых в действительности не было), а другое дело показное «недовольство» врагов России и монархии.

Не надо, наконец, забывать, что в круг Августейшей семьи Распутина ввели как раз те, кто потом «возмущенно» негодовал и гневно «обличал» Государя за потакание распущенному авантюристу. Клевета достигла таких чудовищных размеров(1), что, право, мы не сильно погрешим против истины, если скажем, что не было вообще ничего. Можно только утверждать, что Распутин имел доступ к Царской семье и что на государственную политику он никакого влияния не оказывал. Все остальное это выдумки и ложь. В общении Государя с простым человеком из народа нет ничего зазорного, и оно понятно любому человеку православной традиции, но оно, конечно, совершенно «возмутительно» для тех, кто давно порвал и с верой, и с царем, и с отечеством, а на народ привык посматривать свысока. Это тот же самый случай, когда недовольство, порожденное совсем-совсем другими причинами, ищет себе удобного прикрытия и оправдания. Недовольны были не Распутиным, а тем, что во главе России стоит христианский Государь, и это обстоятельство обязывает всякого его подданного к соответствующему поведению, а именно: христианскому служению своему Государю за совесть, что было непереносимо для некоторых. Поэтому я считаю, что всякий честный историк может поднимать вопрос о Распутине только с единственной целью -- показать каких размеров может достигать клевета у людей, одержимых злобой и ненавистью.

/(1) Так, например, следственная комиссия Временного правительства настолько была убеждена в любовной связи Распутина с А. Вырубовой, что когда медицинское освидетельствование показало девственность последней, то комиссия никак не хотела этому верить и несколько раз повторяла освидетельствование./

Теперь об отречении и событиях, с ним связанных. Династия наша действительно похоронила саму себя заживо. Впрочем, ведь и задолго до Февраля стало ясно, что все держится на одном Государе, а потому так и вожделенно было его ниспровержение для многих врагов России, понимавших, что заменить Государя некем, и после его отречения «наследство его будет наше». Но проф. И. А. Ильин, когда пишет в своей статье «Почему сокрушился в России монархический строй» о том, что вся династия отказалась от борьбы за престол, чем и обезоружила даже искренних сторонников монархии, вольно или невольно допускает передержку и, как мне думается, переставляет следствия и причины. Последовательность событий была не такая. Не сначала Государь отрекся, чем и лишил всех монархистов каких-либо оснований для борьбы за трон. Нет, Государь потому и отрекся, что положительно изнемог в этой удушливой атмосфере предательства, измены, трусости и обмана так называемых «монархистов», думающих не о том, как служить Царю, а о своем прибытке, частном успехе и благополучии.

(К выводам Ильина надо относится с известной осторожностью, помня, что он тоже не избежал соблазнов того времени, и глубину и значение февральской катастрофы оценил далеко не сразу. Если вы прочтете написанное им в с февраля по октябрь, то, даже с учетом поправок на «революционную» цензуру, когда стало невозможным открыто высказывать воззрения правее кадетских, ясно это увидите).

Далее, мне не совсем понятно, что значит Ваше утверждение, что «Особенно важным было отречение Имп. Николая II и передача власти Временному правительству, что было отмечено и в приказе по армии», и это «парализовало монархистов».

Отречение Государя последовало в пользу Брата, а не какого-то там Временного правительства. Об этом «благоверном» (по словам Синода) Временном правительстве в Акте об отречении нет ни слова. Если же речь идет о прощальном приказе Государя по армии, в котором действительно есть призыв подчиняться Временному Правительству (ВП) и поставленным им начальникам, то приказ этот, благодаря запрету ВП на его обнародование и стараниям ген. Алексеева, проявившего в этом (и не только в этом) вопросе удивительное послушание ВП, не везде дошел даже и до армейских штабов. О его существовании не знал практически никто, а потому ссылаться на него для оправдания своего отступничества и бездействия недобросовестно, нечестно.(1) «Легализация» переворота, придание ему видимости законности было заветным желанием наших февралистов-конституционалистов. Сделать им этого не удалось. Милюков, виднейший их представитель, вынужден был признать, что, несмотря на все старания по легализации, «в общем сознании современников … новая власть … вела свое преемство не от актов 2 и 3 марта, а от событий 27 февраля». Эти слова, я думаю, достаточно изобличают всех желавших «законностью» отречения прикрыть свои «измену или трусость или (само)обман».

/(1) Третий документ этого рода - «отказ» от власти Вел. Кн. Михаила Александровича ещё менее пригоден для оправдания. В этом акте после краткого вступления Михаил пишет, что твердо решил «в том лишь случае воспринять верховную власть, если такова будет воля великаго Народа нашего …», что означало не больше, не меньше как отказ принять власть. После этих слов всё остальное в этом «заявлении», включая и призывание благословения Божия, и «просьбу» (хорош, кстати, Царь, который не повелевает, а «просит»!) «подчиниться Временному правительству» это просто частное пожелание частного лица, которое столь же обязательно для исполнения, как и любая другая частная просьба любого из «граждан державы Российской», которых Михаил «просит» подчиниться ВП./

(Окончание на следующей стр.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Царский путь
· Новости Admin




<< 1 2 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..