МЕЧ и ТРОСТЬ
21 Окт, 2018 г. - 22:57HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
В.Черкасов - Георгиевский. Книга “Генерал Деникин”. Документальное жизнеописание. Часть первая. Глава 2.
Послано: Admin 18 Мар, 2006 г. - 12:17
Белое Дело 
ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ

Часть первая (1872 -1892 г.г.) “СЫН ОФИЦЕРА”. Глава 2 “Старший. В юнкерах. Погоны”.

ПРОДОЛЖЕНИЕ публикации полного текста книги “Генерал Деникин”. Часть первая (1872 -1892 г.г.). Глава 1 “Родители. Во Влоцлавске. Реалист."Пифагор".
ОКОНЧАНИЕ: Часть девятая “Изгнанник”: Глава 1-я (1920– 1928 г.г.) Глава 2-я (1928–1932 г.г.) Глава 3-я (1932–1938 г.г.), а также Часть десятая, финальная "Россия спасется!":Глава 1-я (1939–1943 г.г.) Глава 2-я (1943–1945 г.г.) Глава 3-я (1945–1947 г.г.)

Реальное училище, где учился шестиклассник Антон, вклю-
чало семь классов.Но молодежь, оказавшаяся "прогрессивной" и
в тишайшем Влоцлавске, так заявила о себе, что выпускной
класс испарился.

Дело в том, что реалисты-семиклассники с пробиванием
пуха на верхней губе ввели традицию ходить вне училища в
штатском.В едином свободомыслии они болтались по ресторанам,
где нахально выпивали, плюнув на установленный срок, после
которого учащимся не разрешалось появляться на улице.Дирек-
тор Левшин был гуманным человеком, но любил порядок, в соот-
ветствии с чем распрощался с Епифановым.Он попробовал прист-
рунить ухарей, распоясавшихся уже до прямых дерзостей педа-
гогам.И один из семиклассников в жарком отстаивании своих
"прав" ударил директора по лицу!

Негодяя исключили с "волчьим билетом" - без права прие-
ма в любое учебное заведение.Директора же погнали по нисхо-
дящей в Лович, а 7-й класс вообще закрыли.Соломонова спра-
ведливость восторжествовала, если не считать, что влоцлавс-
ким шестиклассникам пришлось заканчивать выпускной класс в
других местах.Деникин отправился за этим в реальное училище
того же Ловича, городишка ближе к Варшаве, где было механи-
ко-техническое отделение.

Снова оказавшийся тут директором господин Левшин предс-
тавил новичка превосходно.Антон, уже привыкший пяди не усту-
пать, оправдал его рекомендацию, сразу начав в седьмом клас-
се брать призы по математике.По левшинской же, возможно,
протекции получил он на ученической квартире, где поселился,
должность "старшего", как и у себя дома во Влоцлавске.Это
было крайне небесполезное обстоятельство - "старший" платил
лишь половину содержания.Но такие скидки просто так не дава-
ли.Деникину надлежало следить за внутренним порядком в поме-
щении одиннадцати квартирующих с ним человек.А самое непри-
ятное - заполнять месячную отчетность с графой:"Уличенные в
разговоре на польском языке".

Антон Деникин всегда чувствовал себя русским не по при-
надлежности к Российской империи, а по духу.Став реалистом и
по училищу, он вел себя среди подавляющего коллектива поль-
ских учеников, пожалуй, так же как его мама, демонстрировав-
шая свою "природность" в их семье.Только Антон подчеркивал
в училище "русака".Как и дома с "интернациональными" родите-
лями, он разговаривал с поляками по-польски, а с русскими -
по-русски.Но русских в классах было немного, в каждом - че-
ловека три-четыре.И те, "природные русаки", пытались подс-
траиваться к окружающим, ополячивали родную речь.Это выводи-
ло Антона из терпения.Деникин вызывающе вел себя с такими,
непременно четко выговаривая русские слова, и дрался.

Однажды после подобной стычки к Деникину подошел одно-
кашник - такой же боевой среди поляков и пожал Антону руку.

- Я уважаю тебя за то, что ты говоришь по-русски со
своими,- подчеркнул последнее слово.

Поляки выделяли в Деникине эту независимость, они за
такое право шли на восстание косиньерами, когда не имели бо-
евого оружия.Бывало, что гуляли с Антоном за городом вместе
и кто-то затягивал бунтовскую "З дымэм пожарув" или "Боже,
цось Польске".Другие поляки останавливали певца:

- Брось, нехорошо, ведь с нами русский.

Как же мог "старший" Деникин, воспитанный в непререкае-
мых заветах чести, указывать на своих товарищей, говоривших
по-польски напропалую?Рискуя потерять большие льготные день-
ги, которые в его семье по-прежнему считали, Антон стал вы-
водить в злосчастной графе: "Таких случаев не было".

Через три месяца Деникина вызвали к Левшину.Директор
произнес сурово:

- Вы уже третий раз пишете в отчетности, что уличенных
в разговоре на польском языке не было.

- Да, господин директор.

- Я знаю, что это неправда.

Деникин молчал.Вздохнул Левшин.

- Вы не хотите понять, что такой меры требуют русские
государственные интересы.Мы должны замирить и обрусить этот
край.

Директор пристально смотрел ему в лицо.Молчал Антон.У
Левшина изменились глаза, приблизительно так, как когда-то
после приговорного "нет" Епифанова, и он сказал:

- Ну, что же, подрастете и когда-нибудь поймете.Можете
идти.

Деникин до выпуска продолжал "не уличать" поляков, но
со "старшего" его не сняли.

Когда генерал Деникин станет белым вождем, глава нового
Польского государства Пилсудский увидит в нем врага Польши.
Это будут повторять некоторые комментаторы истории.Безосно-
вательность такого ярлыка очевидна.Тенденциозность же - от
того, что, свято храня свое право на независимость, такие
люди отказывают в нем другим.А ведь Антон, ставший Антоном
Ивановичем, лишь продолжал честную позицию старого импера-
торского офицера, своего отца.Тот тоже сталкивался с поляка-
ми лишь когда этого требовали высшие интересы России.

Такими в кабинете директора Антон не посчитал мелочное
"обрусительство", но впоследствии офицером он потребовал
"равноправия" от его бывших поляков-однокашников.Немало из
них закончило высшие технические училища и, встречаясь с
ним, продолжали разговаривать по-польски, рассчитывая от не-
го на такой же язык.Теперь Деникин стал говорить с ними
только по-русски, отчего многие обиделись и отвернулись.

Лишь в 1937 году Антона Ивановича разыскал за границей,
прочитав его книги, училищный одноклассник, сделавшийся вы-
соким лицом.Это был вышедший в отставку первый директор го-
сударственного банка Польши, занимавший пост и министра фи-
нансов Станислав Карпинский.Он прислал Деникину свою книгу
воспоминаний, несмотря на наветы на генерала в "антиполь-
скости".Стали переписываться, и в одном из писем Антон Ива-
нович многозначительно отметил:

"Память моей покойной матери-польки и детские и юношес-
кие годы, проведенные на берегах Вислы, оставили во мне глу-
бокий след и создали естественную близость, понимание и рас-
положение к польскому народу".

Карпинский жил с Антоном в Ловиче вместе и являлся од-
ним из тех в их общежитии, в основном польском, кто горячо
брался за "мировые вопросы".Тогда Деникин был круглосуточно
в обществе своих 16-17-летних сверстников, их юношеское во-
ображение кипело в поисках правды, смысла жизни.Чем только
не интересовались: и новейшими техническими изобретениями, и
"четвертым" измерением.

Много читали художественной литературы, штудировали
труды по социальным проблемам.Отчаянно спорили.Поляки стара-
лись не касаться при русских лишь политических вопросов, по-
ляков всегда тайно томила одна идея: "Еще Польска не сгинэ-
ла".Деникин же тогда бросил что писать, что читать стихи,
определив заодно и Пушкина, Лермонтова "ерундой".Их прелесть
он оценит позже.Зато с жюль-верновской тематики переключился
на "Анну Каренину", может быть, потому что такой роман был
строго запретен в тогдашнем Антоновом возрасте.

Страстнее всего эту здравую молодежь в конце XIX столе-
тия по Рождеству Христову занимал религиозный вопрос.Они не
вникали в разницу вероисповеданий, а доискивались главного -
о бытии Бога.Вот когда их души подлинно волновались, взмывая
и обессиливая до дна.Наряду с Библией прорабатывали сочине-
ния "физиологического" Эрнеста Ренана о Христе, христианстве
и другие безбожные книжки.Ночи уходили на дискуссии.

Давно неподдельно воцерковленный Деникин в этом богоис-
кательстве со своих высот не падал, а товарищи дружно ломи-
лись в открытые двери.Один русский пошел с крамольными сом-
нениями к православному преподавателю Закона Божьего.Тот
выслушал, промолчал и влепил ему, чтобы не сомневался, двой-
ку в четверть, обещал срезать и на выпускном экзамене.А по-
ляки к своему ксендзу по такому и обращаться боялись, опаса-
ясь его доноса.Этот неукоснительно представлял начальству
списки уклонившихся от исповеди, за что их родителей на неп-
риятный разговор вызывал директор, и виновникам снижался
балл за поведение.

Богоискателям-полякам все же больше повезло.Один из
них, вопреки правилам, отправился на исповедь к ксендзу не
из училища.Молодой священник, выслушав его покаяние в мало-
верии, смиренно сказал:

- Прошу тебя, сын мой, исполнить одну мою просьбу, ко-
торая тебя ничем не стеснит и ни к чему не обяжет.

- Слушаю вас,- смятенно ответил реалист.

- В минуты сомнений твори молитву:"Боже, если Ты есть,
помоги мне познать Тебя".

Это произвело сильнейшее впечатление на все общежи-
тие.Старший же в нем Деникин больше бился со своими колеба-
ниями в одиночку.И однажды ночью Антона так озарило, что он
горячо произнес про себя:

"Человек - существо трех измерений - не в силах осоз-
нать высшие законы бытия и творения.Отметаю звериную психо-
логию Ветхого Завета, но всецело приемлю христианство и пра-
вославие!"

В своих воспоминаниях генерал Деникин записал, что тог-
да: "в одну ночь пришел к окончательному и бесповоротному
решению...Словно гора свалилась с плеч!С этим жил, с этим и
кончаю лета живота своего".

В данных его записках старый генерал не захотел разоб-
раться, как православие с его иерархичностью, так сказать, с
классическим монархией, потом ужилось в нем с тем, что Дени-
кин "приял российский либерализм в его идеологической сущ-
ности".Это он так же указал в цитируемой книге "Путь русско-
го офицера".Но подобная двойственность во многом определит
судьбу Антона Ивановича и Белого дела.

Что ж, судьба, корнево обозначающая:"суть-Бога",- нема-
ло проявляется через отношение человека к личностям, ярко
возникающим на его жизненном пути.Таким со знаком плюс, в
первую очередь, был для Деникина либерал-народник, нецерков-
ный человек Епифанов.Все другие учителя, призванные сеять
как доброе, так и вечное, невыгодно запечатлелись у Антона
Ивановича, о чем он написал:

"Перебирая в памяти ученические годы, я хочу найти по-
ложительные типы среди учительского персонала моего времени
и не могу.Один Епифанов...Это были люди добрые или злые,
знающие или незнающие, честные или корыстные, справедливые
или пристрастные, но почти все - только чиновники.Отзвонить
свои часы, рассказать своими словами по учебнику, задать
"отсюда досюда" - и все.До наших душонок им не было никакого
дела".

После падения русского "православного царства" и убийс-
тва его императора монархисты и на склоне XX века не устава-
ли удивляться этим событиям.Действительно, они дики, прини-
мая во внимание прекрасно одухотворенную личность государя
Николая II.Это Николай Александрович пронзительно свидетель-
ствовал в своем тобольском, екатеринбургском заключении,
приняв смерть ве нцом смиренного мученичества.А если посмот-
реть глазами того современника-мальчика, подростка хотя бы
на этих учителей-"чиновников", прежде всех олицетворявших у
юного царское самодержавие, на них, воспитателей, кому нет
никакого дела до "душонок"?

Тогда становится понятнее чудовищное раздвоение русско-
го предреволюционного общества, сильных мира его, офицерско-
го корпуса, всего народа.Я не собираюсь в этой книге анали-
зировать, что "лучше": например, монархизм или республиканс-
тво, вера или идеология.Хочу только констатировать и сопос-
тавить факты и обстоятельства, как и положено в историческом
репортаже-исследовании.Так вот, "типов и фактов анекдотичес-
ких", по выражению Деникина в своей автобиографии, в его
юной жизни невпроворот.

Клоуном выглядел в начальной школе немец - учитель не-
мецкого языка, потрясающе коверкавший русскую речь.Он и уче-
ники плохо другу друга понимали.Но после нескольких уроков
его настоятельных объяснений ребята, наконец, осознали учи-
тельскую главную идею: величайшим поэтом в мире является
Клопшток.

На смену фанатика Клопштока появился учитель-взяточ-
ник.Этот на очень доходчивом русском обращался к намеченной
ученической жертве:

- Вы не успеваете в предмете.Вам необходимо брать у ме-
ня частные уроки.

За месяц дополнительных занятий два-три раза еженедель-
но по полчаса он запрашивал 25 рублей, гарантировался хоро-
ший балл в году и на экзамене.Добрался мздоимец и до Деники-
на.Тот по многим причинам сдержанно сказал:

- Нам, господин учитель, платить за уроки нечем.А на
тройку, надеюсь, я знаю достаточно.

Не слаще было и по русской литературе - это в польском
крае, который столь желали русифицировать.Казенщина препода-
вания и у русских школьников отбивала охоту к чтению, за что
и расплатился реалистом Антон, сбросив с корабля его совре-
менности Пушкина и Лермонтова.

В ловичском же училище четыре предмета полюбившейся Де-
никину прикладной математики преподавал полупаралитик.На-
чальство заботилось, чтобы он дослужил несколько лет до пол-
ной пенсии, мало беспокоясь об инвалидности учеников.Матема-
тик пользовался синекурой злобно и раздражительно.В классе
бывал редко, никогда не объяснял уроков, лишь задавал их и
спрашивал, сокрушительно сыпля двойками и единицами.Домашние
работы он, очевидно, не проверял.Они возвращались от него
без поправок, зато с подписью – жены.

Седьмой класс, в котором состояли влоцлавские "пифаго-
ры", взбунтовался.Верховодить утвердили единодушно Деники-
на.Когда математик появился в классе, Антон встал.

- Сегодня мы отвечать не будем.Никто нам урока не объ-
яснил, мы не понимаем заданного.

У математика началась истерика.Он закричал, что здесь
идиоты, не понимающие простых вещей.Потом притих, но все
равно не стал заданного объяснять, снова лишь спраши-
вал.Правда, отметок в этот день не ставил.

Лопалось терпение и у родителей учащихся.Скандал разго-
релся в горячке предстоящих выпускных экзаменов.Отец одного
из семиклассников, какого математик замучил двойками да еще
не допустил к экзаменам, пожаловался о его художествах в
Варшавский учебный округ.От производства экзаменов убогого
во всех смыслах математика отстранили, но в преподавателях
училища оставили...

(Продолжение на следующих стр. 2, 3)

 

Связные ссылки
· Ещё о Белое Дело
· Новости Admin




<< 1 2 3 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..