МЕЧ и ТРОСТЬ
22 Сен, 2017 г. - 09:58HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Бывший белый капитан-дроздовец Н.Раевский «Добровольцы», «Возвращение» -- фрагменты мемуаров о Врангелевской армии и ГУЛаге
Послано: Admin 12 Ноя, 2009 г. - 13:40
Белое Дело 
См. Предисловие В.Черкасов-Георгиевский «РАЕВСКИЕ: знакомые мне врангелевский капитан-пушкинист и ученый-фармаколог, а так же воины Вермахта, Русского Корпуса и другие»





Н.А.РАЕВСКИЙ «ДОБРОВОЛЬЦЫ. ПОВЕСТЬ КРЫМСКИХ ДНЕЙ»

К двадцатисемилетнему генералу Манштейну надо привыкнуть. Когда видишь в первый раз, становится не по себе. У него нет левой руки, нет плеча. На рукаве лестница из семнадцати нашивок за ранения. Худощавое, длинное лицо. Молодое и в то же время совсем не Молодое. По-юношески мягкие черты, высокий лоб с начесанной прядью. Если рисовать, пригодилась бы пастель.
А виски оголенные, по краям рта тяжелые складки, и глаза вконец измученные. Большие, выпуклые, в глубоких орбитах. Не отрываясь, смотрит на того, с кем говорит. Бесстрашный и очень больной человек. Красноармейцы прозвали его «безруким чертом». В конные атаки ходит, держа поводья в зубах.
После взятия Розенталя было жутко и штабным, которые видят командира полка изо дня в день. Стоял на улице, позабыв вытереть серое от пыли лицо. Мимо вели под конвоем красных стрелков. Молчал. Посиневшие губы вздрагивали. Увидев однорукого генерала, один из пленных остановился. Взял под козырек.
— Ваше превосходительство, разрешите доложить... я кадет Первого московского корпуса.....
— Кадет... так ты кадет, мерзавец, с ними!..— Худощавое лицо перекосилось. Манштейн выхватил шашку. Фамилия зарубленного осталась неизвестной.

+ + +
Никогда еще не видел генерала Врангеля. Выше всех и бледнее всех. Не загорел. Очень усталое красивое лицо. Упрямые серые глаза. Пристально смотрят на строй. Блестят.
Вызывает вперед командиров награждаемых батарей. Первая, вторая, третья, седьмая. Кладет левую руку на серебряный эфес кавказской шашки. Адъютант держит наготове желтые ящички.
— Жалую вам, артиллеристы, серебряные трубы с лентами ордена Святого Николая Чудотворца. Вы заслужили их. Безмерны ваши жертвы и безмерна ваша доблесть в боях за освобождение родины!
Вз......з...з... Десятисантиметровая бомба у мельницы. Слышны осколки.
Английский полковник, не отрывая руки от козырька, одобрительно переглядывается с японцем. Журналисты перестали писать.
Главнокомандующий делает шаг вперед. Голос еще громче.
— Пусть эти! трубы трубят вам атаку, пусть трубят вам победу! Помните, помните всегда, что, только атакуя, можно победить!
Знаю их имена по Севастополю. Адмирал Мак-Колли, полковник Уолш, майор Этьеван, капитан Буднард, майор Такасики-сан, поручик Михальский, майор Стефанович. Стоят навытяжку. Внимательно смотрят на русского главнокомандующего. Из нас мало кто вернется домой. Они вернутся все. Расскажут.
Генерал Врангель отходит от нас, останавливается перед серединой фронта дивизии.
— Великой нашей родине, страдалице России, ура.
Трубачей не слышно, такой крик. Генерал Туркул уже машет шашкой. Довольно. Левый фланг замолчал, с правого идет волна. Опять весь строй. Полки, конница, семь батарей. Шашка опустилась вровень с левым носком. Не остановить. Оборачиваюсь, смотрю на солдат. Их нет, и голосов тоже нет. Рокот. Гул, Стрелковая дивизия. И, вероятно, они ничего не видят, кроме громадного, очень бледного генерала в сером пальто и черно-красной фуражке корниловцев.

+ + +
В частях ежедневно занятия. Скоро должны начаться бои. Они стали быстротечны, как летний град. Артиллерия почти всегда стреляет с открытых позиций. В просторечии называется «жарит в морду». Выезд на позицию рысью или галопом, два-три пристрелочных выстрела, и сразу беглый огонь. Батарея должна работать, как разумный автомат. Четыре сложных стальных машины с уровнями, шкалами и рукоятками, при каждой пушке восемь номеров, орудийный начальник, шесть лошадей, трое ездовых, но все вместе — одно существо. Полевая легкая батарея. Ни лишних движений, ни лишних мыслей. Каждый свое. Мы, кажется, уже добились предела. Сработались. Слились. Скорее невозможно. нельзя только разучиваться, пианисту вредно неделю не играть, артиллеристам— не подходить к орудиям. Сразу не та работа.
Каждое утро отбиваем воображаемые конные атаки, сопровождаем огнем воображаемую пехоту. В ротах и эскадронах тоже идут усиленные занятия. На фронте, в тылу — везде. «Красный Воин» и тот нас хвалит: «По словам лица, недавно прибывшего из Крыма, по сравнению с войском Деникина, армия Врангеля неузнаваема».
В тылу от раннего утра до позднего вечера формируются и обучаются новые кадры воинов. Все живут в условиях казарменной дисциплины и, чтобы выполнить свою работу, никто не думает о восьмичасовом рабочем дне. Труд тылового офицера весьма тяжел, требует большого напряжения, но он имеет колоссальное значение.
Борьба предстоит упорная — это необходимо помнить.

+ + +
Туркул командует пехотной дивизией, но по натуре он кавалерийский начальник. Очень любит лично водить в атаку дивизионную конницу, свой конвой, артиллерийских разведчиков - всех, кто попадется под руку. И пехота, посаженная на повозки делает в двое суток восемьдесят, а иногда и сто верст с боями, И наши рейды по советским тылам, когда штабы и обозы попадают в плен раньше боевых частей, это больше кавалерийское, чем пехотное дело. Недаром кавалерийское слово «рейд» так часто употребляется в стрелковой дивизии.
Высокий, широкоплечий, но очень стройный человек. Хорошая, немножко солдатская выправка. Лицо южное. Нос с горбинкой. Черные треугольники коротких усов начинаются от самых ноздрей. Маленький красивый рот. Нижняя губа посередине с заливчиком, и оттого кажется, что она немного поджата. Высокий тяжелый подбородок. Движения размашистые и резкие. Изумительно ругается. Когда в штаб приезжают почетные гости, старается словесности избегать, но бывают прорывы. При одном иерархе так выразился, что тот, вернувшись в Севастополь, всем, спрашивающим о впечатлениях, повторял:
-- Отменный военачальник, но ругатель отчаянный...
Гостеприимный хозяин, Не прочь выпить. Никогда не напивается пьяным. Речей говорить не умеет и не пробует. Отличный рассказчик в маленькой компаний. Решителен и жесток. Коммунистов уничтожает беспощадно. В городе Орехове, когда началась было паника, приказал расстрелять офицера, сорвавшего погоны. Кое-кто в дивизии недоволен. Через край... Большинство одобряет. Больной, отвратной жестокости у Туркула нет. Спокойный, жизнерадостный человек. Только понимает гражданскую войну. Либо истребят нас, либо истребим мы! Нельзя же с большевиками, как с немцами...
Начдив нравится почти всем, кто воюет или воевал. Пожилым кадровым полковникам, подпоручикам из крестьян, кандидатам прав, иностранным корреспондентам из бывших офицеров. Даже пленным красноармейцам. На них очень действует, что белогвардейский генерал всегда впереди и совсем не бережет жизни. Часто говорю о Туркуле с добровольцами. Самые молодые обожают его, как гимназистки учителя. Те, которые постарше, просто любят.
Между собой зовут «богом войны».
Зато дружно ненавидят молодого генерала все кандидаты в должность начальника дивизий и любители реставрации. Очень уже резкий человек. Во время наступления на Москву наткнулся на имение, где некий ротмистр — племянник помещика— порол крестьян. Полковник Туркул потребовал прекратить. Помещик наговорил дерзостей. Кончилось совсем плохо — барина самого выпороли.

+ + +
Зелинский, Костя Толмачев и юнкер Аксенов обступили пленного унтер-офицера, бывшего преображенца.
— Раз вы не коммунист, вам бояться нечего.
—Да какой я коммунист. Взяли в плен в Сибири, вот и пришлось у них служить. Прежде у Колчака был...
— Ну вот, а теперь будете служить у нас.
—Да я, господин вольноопределяющийся, уже всем наслужился. В германском плену был, только домой вернулся, мобилизовали, потом к красным попал... голодал, чуть от тифа не помер. Теперь вы забрали... опять, значит, два-три года воевать. Эх... жизнь.
Преображенец с размаха бросает фуражку о землю.

+ + +
Генерал Туркул в большом затруднении. Полковник генерального штаба, сопровождавший иностранцев, передал приказание главнокомандующего. Если обстановка позволит, показать журналистам бой. Как назло, перед нами красных не было. Разъезды ходили за сорок верст и не могли установить соприкосновения с разбитым противником. Гости прожили в Новогуполовке двое суток. Собирались уезжать.
Двадцать шестого сентября атаман повстанческого отряда, кормившегося в дивизии, доставил в штаб пойманного красного разведчика. В фуражке нашли пакет с оперативным приказом, на следующий день. Девятая кавалерийская дивизия и вторая бригада двадцать третьей пехотной получили задание наступать на Новогуполовку. Красный штаб точно, по часам, указал каждой колонне маршрут. Туркулу оставалось выбрать место и время атаки. Должно быть, девятая кавалерийская неаккуратно выполняла приказ. Мы с ней разошлись. Пехоту встретили там, где полагалось. Бригада шла двумя колоннами по обеим сторонам железной дороги.
Посвистывали пули. Генерал Туркул вывел на гребень конный дивизион, конвой и разведчиков. Трубачи продували инструменты. Шагах в восьмистах разворачивались цепи. Генерал обернулся к журналистам:
— Voile les bolcheviques!
Приказал двум эскадронам атаковать. Темно-гнедая кобыла начдива, видя скачущих, рвалась и била ногой землю! Пули посыпались густо. Затарахтели пулеметы. Мужики-подводчики, крестясь, забились под повозки.
Атака не удалась. Наша лава, встреченная сильным огнем, отходила обратно.
Взвод конной артиллерии открыл огонь по красным цепям. Начальник дивизии крикнул капельмейстеру:
— Мазурку Венявского!— Громко и спокойно скомандовал: — Пики в руку, шашки вон! — Иностранцы вынули револьверы. В резерве остались одни трубачи.
Туркул скакал впереди. За ним, не отставая, капитан Морис Конради и журналисты вперемежку с конвойцами. Эскадроны на ходу разворачивались в лаву. Несмотря на сильный ружейный и пулеметный огонь, трубачи, не слезая с коней, играли мазурку Венявского. Шарль Риве сопровождал атакующих в тачанке.
Когда красные пехотинцы, не выдержав удара, воткнули штыки в землю и подняли руки, генерал Туркул почувствовал, что с кобылой что-то неладное. Она с трудом шла и не слушалась повода. Спрыгнул на землю. Увидел, что из простреленного живота каплет кровь. Через час лошадь пала.
Взято больше восьмисот пленных и шесть орудий в запряжках. Выехать на позицию не успели.
Мы очень довольны гостями. Вели себя как воины. Вторая атака была удачна и стоила недорого, но она могла и не удасться. Останься иностранцы на поле сражения, их бы замучили наравне с офицерами. Итальянцы в первый раз сидели на лошадях. Целый день крепились. Когда вернулись в Новогуполовку после сорока верст похода, от боли не могли слезть с седел. Солдаты сняли на руках. Корреспонденты нами тоже довольны. Атака в лоб против двойных сил нерасстроенной пехоты и еще с музыкой. Но англичанин считает, что мы-то хороши, а красноармейцы никуда не годятся. Защищайся они как следует, мало бы кто из атакующих уцелел.

+ + +
Рождественскую заняла та колонна, которая шла на юг параллельно нам. Благодаря местности потеряли ее из вида, а большевики свернули в лощину и попытались отрезать хвост. Думали, там одни обозы. Когда батарея выезжала галопом на позицию, деревня уже была в руках красных. 73 полк девятой стрелковой дивизии и курсанты.
Отличились наши батарейные пулеметчики. Солдаты будут представлены к георгиевским крестам. Две тачанки без прикрытия заехали большевикам в тыл. Открыли огонь. Юнкеру Любимову досталось больше всего работы. На одном конце села красные, на другом он со своим Максимом. Расстреливал ленту за лентой. Говорят, не волновался. Только когда вернулся оттуда, долго ходил взад и вперед по дороге. Молча курил.
Не будь поддержки пулеметов, командир и разведчики вероятно бы погибли. Ворвались в село, проскочили через двор. Лошади дружно взяли низкий плетень. Увидев конных, красноармейцы подняли руки. Четырнадцать всадников едва не взяли в плен полк. Кто-то в последнюю минуту одумался. Вдоль улицы забил пулемет. Штабс-капитан Карбовский бросился на него с тремя солдатами. Выронил шашку. Взмахнув руками, свалился с лошади. Двое разведчиков успели повернуть и ускакать. Третий был тяжело ранен. Остался лежать на улице. Минут через десять подошли цепи. Бронеавтомобиль атаковал красных во фланг. Среди пленных сто двенадцать курсантов. Это с ними дрался в саду Любимов.
Раненый разведчик вряд ли выживет. Прострелена прямая кишка.
За двое суток дивизия взяла около пяти тысяч пленных. Потери ничтожные.
Когда наступаем, полки из мобилизованных против нас драться не могут. Сами это знают. Стараются сдаться, пока конница не врубилась в цепи.

(Продолжение на следующих стр.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Белое Дело
· Новости Admin




<< 1 2 3 4 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..