МЕЧ и ТРОСТЬ
14 Авг, 2022 г. - 12:02HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Апостасия
· МП в картинках
· Царский путь
· Белое Дело
· Дни нашей жизни
· Русская защита
· Литстраница

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год
· КОЛЕМАН: Тайны мирового правительства

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Рассказы белого штабс-капитана И.Бабкина: “Порошки” -- Рассказ девятый ПАСХАЛЬНЫЙ
Послано: Admin 24 Апр, 2008 г. - 11:22
Белое Дело 
Предыдущие публикации см. "Разведчик капитан Вика Крестовский" -- Рассказ первый, а также “Расстрел своего” -- Рассказ второй, а также “На живца” -- Рассказ третий, а также “Подарок на Рождество” -- Рассказ четвертый, а также “Полуденное купание” -- Рассказ пятый., а также “Братья” -- Рассказ шестой, часть 1-я, а также ”Братья” -- Рассказ шестой, часть 2-я, окончание, а также “Гибель ротмистра Дондурчука” -- Рассказ седьмой, а также “Генеральский вагон” -- Рассказ восьмой.

+ + +
Потеряли мы большую часть лазарета нашего. Лошадей и повозки - еще ладно, дело наживное, у “благодарного населения” возьмем, если нужда будет. Но не стало ни перевязочного материала, ни лекарств никаких, ни мазей, ни порошков от воспалений и нагноений. А главное, был убит наш добрейший доктор Григоренко. С ним еще фельдшера Васильева, трех санитаров и наших двух сестер милосердия единым боем потеряли.

Из дивизии, прослышав о наших потерях, прислали двух фельшеров и двух санитаров. Но что такое фельдшер после краткосрочных курсов? Он клистир под мышку ставит. Второй и вовсе оказался бывшим пленным, из красных. Наши господа офицеры как прознали про то, так его чуть не ухлопали, едва вырвался он, добежал до штабной хаты, тут его казаки заслонили.

Он, этот Бизюкин, потом со слезой в голосе умолял отпустить его назад, в штаб дивизии. Один из раненых офицеров кричал ему вдогонку: “Я тебя, красная вошь, к ногтю возьму! Ядом решил нас травить?.. Пуля тебе в башку будет!” Наши офицеры таким не шутят. Сказали - сделали.

Звали того офицера Владимир Шнеллер. Он полулежит на топчане, покрытом соломой. Рука и плечо на черной перевязи. Он курит цигарку и зло сплевывает перед собой. Вокруг уже целая куча окурков и все заплевано. А он все курит и сплевывает.

В Офицеркий батальон он попал недавно, после ранения и излечения. До этого воевал в партизанском отряде сотника Грекова. У нас тоже показал себя молодцом. В боях решителен, умело командовал своим отделением. Было дело, только его четырнадцать стрелков, сам пятнадцатый, удерживали дорогу на В-сково. А по той дороге шло красных во много раз больше: шел отряд балтийских матросов с китайцами, человек двести, да с ними бронеавтомобиль полз.

И рвал заложенными фугасами Шнеллер это шоссе под бронеавтомобилем. И выбивали его стрелки командиров и матросских комиссаров. И разбегались китайцы да матросики кто куда. За то дело был представлен поручик к офицерскому Георгию. Солдатский у него уже был. Ходатайствовал наш подполковник Волховской, я рапорт подписывал тоже.

Потом были другие славные дела.

И в этом, последнем бою, когда потеряли мы наш обоз, а с ним и почти всех раненых, дрался поручик Шнеллер что тот берсеркер, яростный викинг. Бросался в контратаку бесстрашно, вел за собой стрелков, да вот же невезенье - попала красноармейская пуля ему в руку, раздробила локтевой сустав. И это бы еще полбеды. Но не оказалось у нас теперь медикаментов, даже иода нет, не говоря о другой антисептике.

Лежит Владимир Шнеллер посреди хрипящего, стонущего, плачущего табора, по которому бродят двое санитаров да фельдшер Мясников. “Одна фамилия чего стоит,- бормочет поручик.- Мясников! Тьфу ты, черт!”

Тот, с заросшим черным волосом лицом и маленькими глазками, как раз меняет повязку у капитана Звягинцева. И совсем не виноват он, что уродился с такой фамилией. Плохо, что курсы фельдшеров были слишком скорые. Три недели - и готов. Получить предписание, военфельдшер для отдельного Офицерского батальона.

Капитан Звягинцев морщится от боли. Это маленький, стареющий, уставший от всего человек. Его лысоватый лоб покрыт капельками пота. Губы он по-стариковски поджимает. У него семья в Ростове, жена и две дочки-подростка. Им весь свой аттестат высылает. Ради них воюет. То есть отвоевался наш капитан.

Ему оторвало осколком пол-ступни. Он пьет из фляжки коньяк большими глотками, потом говорит Мясникову:

- Сейчас, браток, оно как возьмет меня, ты быстренько поменяй тряпицу-то...

На перевязочные материалы полковник Саввич, сам контуженный в этом бою, распорядился выдать сто нательных рубах. Сидят и рвут на полосы те рубахи обозники, какие в живых остались. Полосы те скатывают рулончиками, чтобы удобнее было обматывать. Как у нас говорят, голь на выдумки горазда!

Смотрит на них поручик Шнеллер, глаза туманом заволакивает. Нет, не выжить ему на этот раз. Эту, черепастую, один раз обдуришь, другой раз в поддавки сыграешь. Но в третий раз - махнула литовкой и срезала тебя как спелый колос. Твое время, дружок!

Мысль о смерти Владимира Шнеллера не оставляла никогда. Такого насмотрелся поручик за Великую войну, что смерть стал воспринимать как избавительницу. Конечно, хочется еще пожить, всего двадцать три года поручику, ни жены не было, ни детей не родил, не растил, не воспитывал. Но что же поделать? С позавчерашнего дня онемела рука, чернотой покрылась, посинели ногти, сукровица потекла и запах из-под повязки пошел нехороший.

После того, как ударил здоровой рукой, а потом чуть не застрелил фельдшера-красноармейца Владимир Шнеллер, в лазарет наведался его командир, штабс-капитан Лихонос. Потом и сам полковник Саввич пришел. Пытались успокоить поручика. А на кой ляд его успокаивать? Есть для него успокоительница, идет - не спешит, как придет - не послушает.

Отвернулся от них поручик. Дескать, я свое дело сделал и свое мнение высказал. Что вы там решаете, меня не касается.

- Сколько у вас по наличию раненых? - спрашивал полковник Саввич Мясникова, когда они стали уходить.

- Сорок три осталось, господин полковник, - доложил тот. - Было пятьдесят два. Шесть отошли вчера и прошлой ночью, трое - за сегодня.

От раздирающего крика очнулся снова поручик. Оглядывается: кто кричит? Это раненый в спину унтер Боков. Солдатикам и казакам вместо анестизирующего дают водку, сделанную из разбавленного спирта. А то и просто вталкивают в рот жгут: кусай и держись, унтер-офицер Боков!

Тот вцепляется зубами в жгут и страшно мычит, пока санитар Карнаухов промывает ему ужасную рваную рану на спине. Промывает тем же спиртом. Видит поручик Шнеллер между сорванных лоскутьев кожи белые хребтовые ребра Бокова. Видит, как вздулись жилы на лбу стрелка. “Терпи, брат, терпи... - приговаривает санитар. - Господь наш терпел и нам велел!” Мычит нечеловечески Боков. Через мычание и проистекает великое солдатское терпение.

И это всё посреди криков, стонов, ругани, мусора, махорочного дыма, чьих-то заплечных ранцев и мешков, старых солдатских одеял, торчащих оглобель, соломы, мятых котелков и пустых консервных банок.

“Трое за сегодня!” - мысленно повторяет Владимир Шнеллер и на руку свою смотрит.

Раненная рука у него в самом деле раздулась. Она сине-багровая, нездорово-пухлые пальцы почернели. А главное - запах гнили. Тяжелый, приторный, неприятный. Возможно, гангрена, которой поручик так боится, уже началась.

Он откидывается на набитый соломенной трухой валик. Только трое? Так и день еще не кончился. Солнце за сероватой пеленой облаков медленно переваливает через зенит. Оно - молочный шар, бредущий по колено в киселе. Пока докатится до края, он, Шнеллер, четвертым будет. Так что считай, Мясников, правильно. Не просчитывайся, чертова карболка!

- Нет надежды, Владимир Карлович, - сам себе говорит поручик. - А еще молимся о кончине безболезненной... избавить от всякия скорби, гнева и нужды...

Боже, как ноет и тянет жилы в руке, тянет все выше, к шее, и стучит молотком в висках...

Новый батальонный лазарет - это две большие просторные хаты с навесами между ними. Все заставлено телегами, походными койками, завалено соломенными окровавленными тюфяками, ящиками с набросанным тряпьем.

На каждом таком “ложе” один, а то двое или трое. У того прострелена грудь, кровавые пузыри на губах, у этого осколком снесена челюсть, кровь сочится через толстую неумелую повязку, у тех осколочные ранения, у этих пулевые... Да еще ветром гонит пыль с песком. Откуда столько пыли?

Конечно, полковник Саввич попытался обнадежить их.
- Господа офицеры! - громко объявил он. - Мной получено сообщение, что из Екатеринодара нам выслан знаменитый доктор-хирург. С ним большой запас медикаментов. Теперь нужно только подождать, сынки! Вам всем сделают необходимые перевязки и операции...

Улыбались офицеры. Не верили, но улыбались. Мели Емеля, твоя неделя. А что улыбались, так это потому, что других слов и не ждали от нашего доброго Саввича.

- Господин полковник, только бы он побыстрей приехал, - гулко пробасил кто-то, обмотанный окровавленными тряпками, один рот-щель оставлен. - Третий день так-то, совсем нам невмочь.
- Потерпите, ребятки, прошу вас. Скоро он будет здесь...

Будет, полковник. Откуда ж ему быть, когда ни мобилизацией, ни даже угрозой расстрела не загонишь этих докторов в Армию? Что в партизанском отряде, что теперь в Офицерском батальоне, что и в каждой из трех неполных, обескровленных дивизиях - все одно и то же. Разве что из Парижа или Рима выпишете?

(Продолжение на следующих стр.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Белое Дело
· Новости Admin




<< 1 2 3 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют..